Книга Новая раса, страница 127 – Александра Торн

— Тшшшш. Слышите?

Фиалковская прислушалась, но ничего не уловила, кроме лесных звуков.

— Не слышу. В чем дело?

— Гравибайки. Они пересекают лес, но я не могу понять, как далеко и в каком направлении. Туман, будь он проклят, искажает звуки.

— Пойдем обратно?

— Не стоит. Лучше идти в противоположную сторону от звука байков. Я постараюсь определить, где они.

Карло постоял, прислушиваясь, а потом не очень уверенно повернулся направо и провел Фиалковскую под сень деревьев с переплетающимися на высоте шести метров кронами. У них был такой вид, словно их высадили как живую галерею, а потом на десятки лет забыли о ее существовании.

«Хорошо бы дроны не заметили нас под такой крышей».

Они шли, точнее, пробирались между узловатыми корнями, рискуя свернуть себе шеи, поскольку туман у земли был густым, словно йогурт, как вдруг деревья кончились. Мария и Ровере оказались посреди лесной прогалины, но не успели даже толком осмотреться — справа раздался знакомый низкий гул гравибайков. Он прошел так близко, что Фиалковская невольно прижалась к своему спутнику.

— Назад! — Карло дернулся было к деревьям, как из-под их густой крыши тоже донесся гул. Мария схватила Ровере за руку и прошипела:

— Возьми меня в заложницы!

— Что⁈

— Они обязаны заполучить нас живыми! Остальные ничего не знают о том, что их интересует, а потому они сделают все, чтобы сохранить нам жизнь!

— А потом что?

— Как-нибудь выкрутимся. Выиграй нам время, а я что-нибудь придумаю.

— Ладно, — Карло вытащил из кобуры пистолет, прижал Марию к себе, приставил дуло к ее затылку и крикнул в чащу: — Стоять! Не двигаться! Или я ее прикончу!

Гул байков стих. Фиалковская напряженно вглядывалась в туман, но ничего не видела. Даже деревья, из-под укрытия которых они только что вышли, едва виднелись сквозь серую завесу.

— Зажгите фары, чтобы я вас видел! — потребовал Карло. Впереди и справа появились бледные, рассеянные огни желтоватого цвета. Для Марии они сливались в две полосы.

— Четыре и восемь, — прошептал Ровере. — Восемь прямо по курсу, четыре справа.

— Отступайте левее, кажется, там какие-то кусты.

— Никому не шевелиться! — снова крикнул Карло. — Ни одного движения или она труп!

Он стал отступать туда, где не было огней, двигаясь плавно, быстро и бесшумно, насколько это возможно в лесу, где под ногами все время что-то шелестит и чавкает. Мария отвела взгляд от огней байков и попыталась рассмотреть, куда ее ведет Ровере. Там не было ничего нового — деревья и кусты, но на миг ей показалось, будто в тумане мелькнула тонкая темная фигурка. Она тут же пропала, а Марию ужалило в шею какое-то насекомое. Она машинально хлопнула себя по шее и задела ладонью иглу.

«Нет!» — Фиалковская попыталась ухватить ее пальцами, но было поздно: игла и так быстро погружалась в тело, а Мария ее только подтолкнула. Вещество, из которого была сделана игла, уже рассасывалось, проникая в кровь и ткани. За несколько секунд паралич охватил правый бок, руку, ногу, и, если бы не Ровере, Мария упала.

— Что с вами? — выдохнул он, но Фиалковская уже не смогла ответить. Полное онемение переползло на левый бок, поднялось по шее, погасило все запахи и звуки, заволокло пеленой глаза — а потом сознание отключилось, словно кто-то нажал на кнопку.