Книга Мост Невинных, страница 73 – Александра Торн

— Еще какие, — процедил дознаватель. По улицам струились толпы горожан, при чем среди них Ги видел немало дворян, которые передвигались тесными группками. С одной стороны, благодаря этому на переодетых в штатское гвардейцев не обращали внимания; с другой… видимо, верность короне пошатнулась даже в среде дворян.

«Как один человек всего за несколько лет смог пустить по ветру все, что строили его отец, дед и прадед?» — подумал Солерн. При Генрихе I, прадеде покойного Филиппа, даже дворяне Юга хранили верность престолу.

Из-за ставен за толпой на улицах следили сотни и тысячи глаз. А когда Солерн проезжал мимо Моста Невинных, то обнаружил приколотую к виселице Национальную декларацию. Он подъехал и сорвал пачку листов с расплывшимся текстом. Но крупная черная надпись на титуле еще читалась.

— Что это? — с опаской спросил Ларгель.

— Священный текст для мятежников. Один из ее авторов — аббат Симонель, который сейчас болтается на Площади Роз.

Лейтенант слабо вздрогнул.

— Но они же… они же не пойдут мстить? То есть… это же неграмотная чернь, почти скот, какое им дело…

— У них уже нашелся тот, кто организовал их почти в военный отряд вчера вечером. Так что не обольщайтесь насчет неграмотной черни.

Чем ближе они подбирались к Эксветену, тем чаще видели трепещущие на ставнях, балконах и флюгерах ленты — белые, красные и зеленые. Их никто не срывал — солдаты регента и гвардия благоразумно не покидали дворец.

Солерна и Ларгеля допросил капитан амальской стражи, но отказался отвечать на их вопросы. Сегодня он выглядел гораздо хуже и держался враждебно: явно не спал всю ночь и особой любви к даларцам не питал. Лейтенант отправился на доклад к Турвелю, а Ги принялся искать главу Секрета Короля. В прошлый раз они встречались в Ореховом кабинете, но там Фонтанжа не оказалось. Потратив не меньше часа на поиск и опрос слуг, Солерн наконец наткнулся на графа в тесной каморке неподалеку от Зала Ястребов.

Начальник Солерна выглядел еще хуже, чем амальский капитан, даже как-то сдулся и похудел. Его одежда была в пыли и засохших брызгах крови, под глазами набрякли мешки, лицо посерело. Теперь он казался лет на десять старше.

— Что вам? — буркнул Фонтанж. — Нам тут не до вас. Вчера чертовы смерды едва не перебили нас всех.

— Я видел, — сказал Ги. — Я был неподалеку от дворца.

— И вы никак им не помешали?

— Едва ли мне бы удалось сделать это силами четверых гвардейцев. Кстати, завтра день жалования.

— И что?

— Я должен получить деньги, чтобы выдать моим агентам и осведомителям.

— Отлично. Только ни черта вы не получите, — раздраженно ответил Фонтанж. — Министра финансов вчера убили выстрелом в живот. Его помощник, казначей короны, получил такие раны на лице от выбитых стекол, что едва ли когда-нибудь снова будет видеть, если выживет.

— Проклятие! — Ги не ожидал, что все окажется настолько плохо. Он-то думал, стрельба байольцев была бесплодной акцией устрашения. Тогда ясно, отчего регент отреагировал так свирепо… — Много пострадавших?

— Достаточно. Какого черта мы вообще должны вам платить? Что вы такого сделали ради блага короны?

— Добыл кое-какие сведения о происходящем в герцогстве Монфреев. Кажется, через их земли должны пройти полки герцога, которые он вызвал с границы.