Книга Раскол, страница 84 – Рита Хоффман

Насторожившись, Хести снова села напротив нее и осторожно уточнила:

— Что ты имеешь в виду?

— У них могут быть свои интересы. Не доверяй им, а еще лучше – держись подальше. Они уважают только силу, а ее у тебя, к сожалению, не так много.

«Потому что ты постоянно пьешь мою искру!»

Хести кивнула, проглотив возмущенный возглас. Жаль, что она уже ввязалась в игру Гомиэля и отступать слишком поздно.

Они проехали несколько городков, прежде чем экипаж остановился на обочине дороги, рядом со стеной густого леса.

Жрицы скрыли их от чужих глаз, начертив на земле сигилы, а Верховная сложила пальцы в нескольких замысловатых жестах, заставив деревья расступиться перед ней. Увидев это, Хести потеряла дар речи.

— Впечатляет, не так ли?

Верховная приобняла ее за плечи, и они вместе пошли по устеленной лесным мусором тропе в темноту чащи.

— Я обещала Лагосе, что научу ее делать так же, но не успела. Зато теперь могу научить тебя.

— У меня не хватит сил, – возразила Хести.

Возразила и соврала: с тех пор как демоническая сущность оплела ее искру, та лишь крепла. Так хорошо Хести не чувствовала себя давно: ее переполняла мощь, тело стало выносливым и легким.

— Я поделюсь с тобой силой Фаты, – тихо сказала Верховная. – Только с тобой.

— Но почему? – не выдержала Хести.

— Потому что твоя мать значила для меня куда больше, чем тебе могло показаться.

Прохладные губы коснулись виска, Верховная запела старую колыбельную нуад, рассказывающую, как звезды склонялись перед их народом.

— Лагоса была моей сестрой.

Голос Верховной звучал так тихо, что напоминал легкий шелест листвы. Хести вскинула голову и уставилась в затянутые белым туманом глаза.

— Мы появились из одной утробы с разницей в несколько мгновений.

— Не может быть, – выдохнула Хести. – Нет!

— Ты мне не веришь? – удивилась Верховная.

— Это невозможно! Никто…

— Никто не знал. И не должен был знать. Нуады редко вынашивают двойню, такого не происходило много лет. Наша мать не хотела лишнего внимания и потому отдала Лагосу названой сестре, потерявшей ребенка при родах. Они поклялись, что сохранят это в тайне, и, как видишь, не нарушили данного обещания.

Хести смотрела прямо перед собой, но ничего не видела.

Вот как. Вот почему Лагоса всегда была рядом с Верховной. Вот почему между ними была такая крепкая связь.

— Я твоя тетушка, Хести. – В голосе Верховной сквозила нежность. – И я позабочусь о тебе, потому что в нас течет одна кровь.

Кровная родственница Верховной жрицы… Раньше Хести даже мечтать не могла об этом, но теперь!..

«Моя жизнь – оживший кошмар».

Танцующие с тенями споро развели костер, расстелили на земле невесть откуда взявшиеся покрывала и тихо исчезли, растворившись в темноте. Жрицы расположились у огня, стали готовить еду, а Хести сидела рядом с Верховной и смотрела в одну точку, пытаясь осмыслить все, что узнала.

К костру приблизился большой сундук на львиных лапах. Он улегся на деревянное дно, крышка открылась, и одна из жриц осторожно вынула из него…

— Ребенок?! – Хести вскочила.

Разглядев смоляные кудри, она развернулась к Верховной.

— Это сын Лаверна?!

Верховная кивнула. Ее лицо оставалось безмятежным.

— Что он…

— Он некромант, Хести. Неужели ты думаешь, что я могла оставить столь ценный дар без присмотра? – Верховная вздохнула, явно раздраженная ее поведением. – У этого ребенка большое будущее.