Книга Раскол, страница 233 – Рита Хоффман

Люди, отбивавшие бессмысленные атаки одиноких демонов на берегу, торопливо отбегали подальше, явно боясь быть случайно раздавленными. Латиш вытянул шею и взревел, стараясь приободрить их.

Он устал, ужасно устал. Раны, нанесенные демонами в горах, еще не зажили, и к ним добавились десятки новых. Крики сгоравших в огне солдат все еще звучали в ушах, но они так близки к победе!.. Им пришлось заплатить страшную цену, но благодаря мужеству пожертвовавших собой удалось разрушить два Столпа! Да и третий уже едва стоял…

Он почувствовал это раньше, чем увидел. Упорядоченное содрогнулось, сам воздух вдруг стал густым и тяжелым. У Столпа разверзлась щель – еще один портал, из которого выпали две фигуры. Они рухнули в воду, подняв множество брызг, но Латиш не обратил на них внимания. Его взгляд был прикован к тому, что входило в этот мир следом за ними.

Края портала обвили щупальца. Они разрывали ткань Упорядоченного, извивались и тянулись к миру, который Латиш так долго оберегал. И без того темное небо над Столпом стало черным, а спустя мгновение раздались первые крики людей, увидевших сотни открывшихся над их головами глаз.

Латиш взлетел и пронесся над берегом, сбивая солдат с ног. Поднявшийся ветер бил в морду, волны становились все выше, они раскачивали флот Чонгана и мешали людям обстреливать Столп. Портал расширялся, сквозь искаженную ткань мира Латиш видел разрушающийся мертвый мир демонов, разлетающийся на куски, корчащийся в агонии.

Она вышла из портала, но не упала – что-то поддерживало ее в воздухе. Темно-лиловые волосы трепал ветер, изорванная одежда обнажала жемчужную кожу, испещренную черными символами.

«Жрица. Та самая, которую привел в трактир демонический генерал», – понял Латиш.

— Нет! Не трогай ее!

Он с трудом замедлился, завис в воздухе и уставился на бурлящую внизу воду. Там, среди волн, пены и обломков кораблей, барахталась Ромэйн, а Халахэль отчаянно пытался взлететь, делая неуклюжие взмахи намокшими крыльями.

— Помоги ей, Латиш! – крикнула Ромэйн. – Она может… – На них накатила волна, но Хэль быстро вытащил ее из-под воды. – …Вернуть солнце! Она – Верховная!

Выходит, он не ошибся.

Издав громкий рев, Латиш подлетел к жрице и увидел, что ее лицо изуродовано – глаза, щупальца… Но взгляд оставался острым и ясным.

Борясь с отвращением к сущности Фаты, окутавшей нуаду, Латиш обхватил ее лапой, облетел Столп и повернул к берегу. Халахэль сумел подняться в воздух и нес Ромэйн – та держалась за его шею.

Солдаты разбежались, освобождая место для приземления. Латиш поставил жрицу на песок и как можно осторожнее отступил, стараясь не задеть людей. Неподалеку на землю опустился Халахэль, Ромэйн выпуталась из его лап и встала рядом. От волнения у нее пробились хвосты – короткие, воспаленные отростки, но она не замечала их или не хотела замечать.

Нуада не рисовала сигилов, не складывала пальцы в жесты Силы – ей это было не нужно. До краев наполненная сущностью Фаты, она сияла изнутри, но это сияние было чуждо Упорядоченному.

Припав к земле, жрица погрузила пальцы в песок. Латиш затаил дыхание.

Первыми исчезли глаза, усеявшие темное небо. Сумрак, лишивший людей солнца, бледнел, становился прозрачным маревом, исчезал. Первые робкие лучи пронзили воздух и упали на израненную пушечными ядрами поверхность Столпа.