Книга Близнецы. Том 1, страница 153 – Дарья Чернышова

Меч у нее отобрали. Нерис закричала, попыталась пихнуть охотника локтем, но руки отказывались слушаться – кто-то крепко ее держал.

— Коль уж хочешь драться на равных с мужиками, – пробулькал над ухом вонючий рот, – выглядеть тоже надо как мужик.

Под истошный визг раненого слуги охотник отсек Нерис косу у самого затылка.

Волкодава зарезали, как бешеного. Его боль и обида затерялись в звенящей тишине. Ее иногда разрывали шаги трех, четырех, потом пяти пар тяжелой обуви. Охотников оказалось много – больше, чем семь пеших и один конный, – и они сбежались сюда на крики. Вот это стоило бы предвидеть, Нерис. Ты совершила большую ошибку, и она будет стоить дорого.

Тот, что отрезал ей волосы, никуда не шагал – уперся коленом в поясницу и бубнил над ухом, переговариваясь с товарищем. Голова раскалывалась, и Нерис тщетно силилась вспомнить, когда получила удар: даже от малейшего напряжения жутко жгло глаза изнутри. Попытка шевельнуться отозвалась болезненным прострелом в спине, отяжелела сведенная судорогой правая рука.

Потом в монотонный бубнеж охотника вклинился гулкий короткий вскрик:

— Ух-у!

Груз со спины свалился, и Нерис мигом, наплевав на боль, приподнялась на левом локте. Чуть впереди лежал труп главаря ватаги. У него было с собой оружие. Нерис поползла туда.

Она слышала позади отчаянный лай и вопли. Они то приближались к ней, то снова отдалялись, но имело значение лишь расстояние до цели. Нерис дотянулась до ножен на поясе мертвеца. Они оказались пусты. Тогда она толкнула труп волкодава и нащупала под ним липкую рукоять ножа. Этот нож не нанес никому раны, он просто испачкался в крови. Как глупо. Но даже глупый нож лучше, чем никакого.

Нерис развернулась, поджала ноги, прислонилась спиной к шершавому стволу и ткнула острием пустоту впереди. Рука пылала. К горлу подступила желчь. Прыгающие рваные тени среди мрачных деревьев едва обрели очертания и снова расплылись пятнами.

Нерис быстро-быстро заморгала. Хватит уже. Пора прийти в себя. Надо встать и выбраться отсюда живой, чтобы вернуться к Басти.

Опираясь на ствол, Нерис медленно поднялась, с осторожностью разгибая дрожащие ноги, и разглядела напротив себя человека в похожей позе. Только мертвого. Шею его примотали к дереву конской треногой. Нерис узнала эту треногу и посмотрела туда, откуда послышался яростный крик. Этот крик Нерис тоже узнала: очень уж своеобразный у Мескера голос.

Подошва его измазалась в собачьей крови, когда под сильным ударом сапога испустил дух последний из волкодавов. Последний из охотников, лелея, как младенца, сломанную руку, отпрыгивал прочь от багровой лужи, в которой вперемешку валялись порубленные звери и люди. Мескер размашисто перешагнул их, стянул с носа плотно намотанный шарф и сплюнул густую слюну прямо в кровь.

Охотник вытаращил глаза и пробормотал:

— Твое лицо…

Мескер оскалился.

— Нравится – забирай!

Он сильно ударил охотника лбом, потом ухватил, падающего, за шею и развернул его голову под странным углом.

У Нерис перехватило дыхание. Она покачнулась, рухнула на колени, согнулась. Ее дважды вырвало. Пытаясь распрямиться, Нерис забылась и перенесла вес тела на правую руку. В кисти что-то щелкнуло, отдало звоном в уши, а затем стало ясно: звон этот – ее собственный вопль.