Книга Сиаль, страница 81 – Евгения Ульяничева

Выпь видел, что делалось с неосторожными людьми.

То, что от них оставалось.

Юга знал меру.

Вроде бы.

С ним никогда нельзя было быть уверенным.

Но лучше это, чем тот же каменный порох…

— Эй, да хватит уже киснуть! Вон мерцает что-то впереди, не иначе вода?

Выпь напряг зоркие глаза.

— Или морочится…

— Проверить все одно стоит. – Юга ускорил шаг, балансируя руками, сбежал с холма.

Серебристое с шорохом струилось под подошвами. На мгновение Выпь помстилось, что складывается рисунок какой, моргнул – переменилось. Расстояние обманывало. Юга, только что бывший в десятке шагов, вдруг рывком отдалился.

— Юга! – крикнул Выпь. Кольца на шее остерегли холодом. – Юга! Стой, обожди меня!

Тот на ходу обернулся, вскинул руку, укрывая глаза от разжаренного света. Остановиться не подумал, блеснул зубами в ответ:

— Нагоняй!

Выпь шепотом выругался, почти сбежал с горки, оскальзываясь и увязая.

Юга стоял у гладкой кромки воды, жадно вдыхал свежий запах, но пить, тем паче лезть в нее, не спешил. Оглянулся на спутника.

— Как думаешь, испробовать?

Вода лежала в словно бы специально приспособленной выемке, вся какая-то причесанная, тонко убранная бликами. Прозрачная. Выпь видел дно, застеленное белым сыпучим. Никаких особых не приметил.

— Думаю, можно, – ответствовал, про себя недоумевая, с чего бы Юга его мнения-дозволения испрашивать.

Юга радостно гикнул, вмиг разделся до исподнего, кинулся – Выпь окатило холодным крошевом.

Проморгался.

— Эй, давай сюда, нечего каменной бабой выстаивать! – Юга махнул рукой, взметнув брызги.

— Ага.

Нашел с кем равнять. Бабы эти каменные водились на просторах Сиаль – грубо-округлые изваяния, приблизительная видимость живой женщины. Никто не ведал, мастерил ли их неведомый стукан или сами нарождались да для чего появлялись. Но по темноте держаться от баб старались подальше – слишком тягостную жуть наводили отшлифованные лица.

До этого Выпь думал, что нажрался воды на год вперед, а тут, когда липла к спине рубашка и зудела голова, только о купании и помышлял.

К счастью, глубиной здесь не баловались. Выпь осторожно шарахался по мелководью, а потом Юга это надоело, и тот решительно ухватил друга за руку. Крепко сомкнул сильные пальцы, потащил за собой.

Выпь уперся пятками.

— Ты чего?!

— Да научить тебя кой-чему хочу. Чтобы уж если тонуть без меня доведется, то красиво, с толком, с выдумкой. Гляди сюда!

И, невместно упрямый, добился-таки своего. По крайней мере, на воде держаться Выпь наловчился.

После выбрались на берег, обсыхать. Юга не удержался, спросил:

— Что же тебя так колотит? Или в детстве притопили?

— Нет. Другое тут…

— Не расскажешь?

— После.

— Смотри, я слушатель хороший…

Лениво обернулся на живот, подставляя узкую крепкую спину огненному шару. Выпь откинулся на руках, закрывая глаза. От непривычной усталости чуть дрожали пальцы да познабливало.

Ошейник тепла не перенимал, стылым оставался.

Выпь вздрогнул, когда шеи сзади коснулись чужие ладони.

— Не трепыхайся. Глянуть хочу, можно ли штуку эту от тебя избавить.

— Ты разве в замках понимаешь?

— Не без этого, приходилось из браслетов выкручиваться. – Юга изучал Гаерову сработку, ощупывал; после расстроенно отодвинулся. – Нет, не пойму, хоть убей.

— И ладно, – успокоил Второй, – не больно-то и мешается.