Книга Игры смерти, страница 65 – Илья Те, Степан Мазур

Задумался. Сосны и прочая растительность на самом деле выглядели слишком натурально для второстепенных декораций. От размышлений веселье куда-то исчезло. На миг проступило лицо Дементия, сосредоточено рассказывающего ему об ориентировании в весеннем лесу.

Когда это было? В Первую экспедицию? Вторую?

В висках запульсировало. Присел, переводя дух.

— Что с тобой, Зевс?

— Я — Зиновий. Адмирал… Помнишь? У нас особая миссия!

Ведьмочка вновь безразлично пожала плечами:

— А ещё ты балбес… Играй!

— Веда, пойми, — пытался убедить он подругу. — Либо разработчики свихнулись и решили потратить деньги на прорисовку совершенно ненужных деталей для ПОЛНОЙ натуральности геймплея, либо нам дурят голову.

— Зачем? — спокойно спросила она.

В голове образовалась пустота. А действительно — зачем?

Окончательно запутавшись, Зевс ругнулся и посмотрел вверх. Отсутствие солнца принесло ему некоторое успокоение (всё же вокруг виртуальность, раз светила нет), и новую загадку.

Свет на равнину обрушивался сразу со всех сторон. Обычно разработчики старались соблюдать в виртуальности основные физические законы. Традиционно, в мирах без солнца светилось небо. Но тут, казалось, светилась лишь часть небес — широкая яркая полоса, протянувшаяся вдоль «южного» горизонта.

Второй проблемой было дыхание. Вернее, его отсутствие. Зевсу не раз приходилось проходить игры в шкуре «нечеловеческого» персонажа. Например, боевого робота. Однако раньше подобных проблем никогда не возникало. Пока разум «воевал» в виртуальности, настоящее тело отдыхало в игровом центре. А оно ДЫШАЛО воздухом. Только там, за границей компьютерного мирка. Поэтому, даже находясь в теле робота, Зевс всё же вдыхал кислород и чувствовал себя совершенно спокойно.

Сейчас же… дыхания не было. Зиновий не дышал и не чувствовал, что дышит.

Самым странным в этом удивительном ощущении было то, что не чувствовал и удушья!

— Веда, ты нормально себя чувствуешь?

— Да… даже хорошо, — ответила подруга, словно не замечая противоречий памяти, чувств и окружающей обстановки.

В голове же то ли адмирала, толи олимпийского бога, то ли ребёнка-игромана, всё перемешалось. Проснулось лёгкое беспокойство.

«Интересно, а там, в реальности, тело живо? Когда нас успели всех подключить? Такую ораву в десятки тысяч бойцов? И подключили ли⁈», — подумал он: 'Будь у меня мое тело, спина бы давно покрылась испариной от волнения, а адреналин забегал по кровеносным сосудам. Но вместо этого — ничего. Лишь ураган мыслей без реакций и без эмоций. И голова болит.

— Знаешь, чего я не пойму, — вторила его размышлениям Веда. — В чем состоит наша миссия? Какая-то странная Игра, ничего не объяснили. И главное, если миссия есть, и она связана с боем, чем мы будем драться?

Опасения Ведьмочки, действительно, стоили того, чтобы над ними поразмыслить.

— Я не вижу ни индикатора здоровья, ни цели, ни снаряжения, — добавила подруга.

— Должно что-нибудь материализоваться после загрузки, — допустил Зевс, — Кувалду дадут или лопату какую… Поразительно. Никак не могу привыкнуть к ощущениям. Всё как будто на самом деле. Даже восприятие мира. Вот же спецэффекты!

Вся его беззаботность куда-то подевалась. Неясная тревога словно медленно, но неуклонно окутывала и других игроков. Скелеты растерянно бродили по равнине иногда разговаривая друг с другом примерно о том же, о чем беседовали Ведьма и Зевс. Выглядело это глупо, но было очевидно, что в игре что-то происходит не так.