Книга Регенерация, страница 137 – Степан Мазур

За неделю «сафари» по всему Приморью удалось набрать сорок два дееспособных Искателя. Остальных разобрали на запчасти, модернизируя других роботов или растаскивая на бутовые нужды. Металл на роботах был высшего качества и не весь фонил радиацией. Датчики Гейгера ругались раз через раз.

Линейка трофейных роботов выстроилась перед анклавом, готовая рвать и метать. На этот раз не людей, а за людей. Эти застывшие «статуи войны» устрашали и привлекали новых людей со всей округи ничуть не меньше радиотрансляций.

Радистка Евгения каждый час по десять минут на разный лад убеждала всех разумных людей присоединиться к Содружеству, передавая последние новости и достижения анклава и подземного города через новые вышки и ретрансляторы связи.

Роботы готовились к новому походу на север также, как и люди: ремонтные бригады трудились день и ночь. Анклавовцы пытались вновь воспринимать их как орудие и инструменты. Сложно было сразу разглядеть помощников в тех, кто охотился за тобой за периметром…

Новый локомотив с гордым названием «Содружество» выполз из недр депо на свет солнца. В отличие от своего прототипа «Варяг», у него теперь был дублирующий тягач, помогающий тянуть уже двадцать семь вагонов в сторону Хабаровска.

Двадцать семь тёмно-синих вагонов Содружества встали напротив депо. Ещё два локомотива-тягача были строго чёрного цвета. Поднять краску со складов Москва-Сити не составило труда. «Радуги», как с Варягом, не наблюдалось. Хотя были предложения разукрасить состав в защитный цвет хаки. Но Зиновий быстро пресёк эту идею.

— Мы едем заявлять о себе, а не прятаться, — гордо заявил молодой адмирал.

В плане оснащения вторая Экспедиция была более профессиональной. Тёмный цвет на практике обеспечивал лучшее поглощение света и лучше маскировал солнечные панели на крышах. Последнее поколение фотоэлементов было не чёрного цвета, но с тёмно-синим отливом. Такой цвет получался из-за особенностей устройства солнечной панели, которая выдавала КПД в пятьдесят пять процентов. Данную планку учёным подземелья поднять не удалось без непосредственной работы с солнцем, и никто не надеялся на прорыв в ближайшем времени. Лучший показатель довоенного времени казался непреодолим. По крайней мере до той поры, пока не доберутся до бэкапа Хозяйки. Она вполне могла улучшить показатели, если интересовалась этой темой.

Из самого Хабаровска пришло сообщение о том, что «Варяг» также реанимирован и готов отправиться навстречу союзникам. Этому порыву нужно было поспособствовать, восстановив местами разобранную при прошлой экспедиции встречную полосу. И первую такую дыру, которую в прошлый раз заделывали под руководством Салавата и Алфёрова, уже залатали силами анклава Владивосток.

Сам же анклав быстро распространил свою сферу влияния. В него в полном составе вошёл доживающий своё анклав «Большой Камень», который с ходу принёс немало любопытной информации о проекте «Голиаф», о которой Зиновий обещал подумать попозже. Самому содружеству осталось таким образом залатать рельсы лишь за Уссурийском в том месте, где столкнулись с шаровой молнией в прошлый раз.

Хабаровчане под руководством камрада Григория проделали немало работы, вернув всем двенадцати радужным вагонам Варяга прежний вид после пожара и разрушений, причинённых тигром-Искателем. Что более важно, по донесениям пришла информация, что уцелела прежняя антирадиационная комната, которую можно было использовать в пути. Это было очень важно при продвижении через Уссурийск.