Книга Когда откроются двери. Эйна возвращается, страница 127 – Арина Остромина

Эйну больше всего заинтересовала «схема участников», как её назвал Тревер. Вдоль краёв листа, в виде овала, располагались небольшие прямоугольники, и в каждом – имя. Эйна, Кортан, Крия, Альфия, Лива, Госпожа Идела, Регулятор Стафен и ещё несколько регуляторов с незнакомыми именами. Эйна вздрогнула, подняла глаза и спросила:

— Госпожа Идела тоже будет выступать?

— Конечно. Это ведь из-за неё ты оказалась в такой ситуации. Важно, чтобы Госпожа Идела сама описала все подробности.

— А Крия?

— Нет, дети не могут быть свидетелями. О ней расскажет Альфия. А если понадобится, судья может вызвать новую помощницу Крии.

Эйна кивнула и снова склонилась над схемой. Между прямоугольниками были проведены стрелочки, и Эйна догадалась: это связи между участниками. Над стрелочками были надписи, пояснявшие, кем эти люди приходятся друг другу.

— Значит, Кортан и Альфия будут свидетелями истца, то есть моими. А все остальные – это ответчики и их свидетели. То есть они все будут выступать против меня.

— Да, верно. Нам придётся постараться, чтобы выиграть. Сначала давай обсудим, чего мы хотим добиться, и тогда мы с Господином Винкасом составим подходящий текст заявления. А потом решим, в каком порядке вызывать свидетелей, чтобы картина получилась более полной.

— Значит, вы ко мне надолго, – сказала Эйна. – Давайте тогда пообедаем сначала, а то я с утра не ела.

Пока Эйна варила овощной суп и настаивала чай на травах, она искоса поглядывала на Тревера и думала: «Забавно, меня совсем не смущает, что такой высокопоставленный господин сидит в моей квартирке и собирается вместе со мной есть простенький супчик. А когда я жила во Второй, я ужасно стеснялась своей бедности. Мечтала стать такой, как они – все эти чиновники и специалисты, которые живут в зеркальных домах. Интересно, что изменилось? Почему там я чувствовала себя неполноценной, а здесь стала такой уверенной? Может, потому, что там я была прислугой, а здесь стала важной личностью? Директор школы, староста посёлка, представитель зоны… Могла ли я мечтать о таком два года назад?»

Допивая чай, Эйна вдруг поперхнулась и закашлялась. Тревер деликатно переждал и вопросительно посмотрел на неё:

— Всё в порядке?

— Кхм… Простите… Нет! – Эйна ощутила, что стремительно краснеет. – Я вспомнила! Мы же не договорились об оплате!

— А, это… – с облегчением сказал Тревер. – Считай, что договорились. Кортан обещал, что рассчитается с нами, как только ему откроют доступ к счёту.

— Значит, вы будете ждать, пока Кортан закончит свою отработку?

— Вовсе нет. Мы уже начали.

— Но почему вы так решили?

Тревер внимательно посмотрел на Эйну, как будто не был уверен: стоит ли объяснять? Поймёт ли она? Потом сказал:

— У тебя уникальный случай. В нашей практике такого ещё не было – чтобы человек, у которого было только разрешение на временное проживание во Второй, подал в суд на регулятора и на весь Комитет по проживанию.

У Эйны нехорошо похолодело внутри.

— Не было? И вы думаете, что вы справитесь? Это вообще реально?

Тревер улыбнулся, но не ободряюще, как обычно, а сердито. Или даже зловеще. И голос его звучал грозно:

— Мы бы не стали в это ввязываться, если бы это не было реально. А если мы справимся, это будет сенсация. Мы с Господином Винкасом прославимся. И всё благодаря тебе. Теперь поняла, почему оплата для нас не так важна?