Книга Молот заката, страница 82 – Владимир Сухинин

— Вот, – Антон с насмешкой посмотрел на смущенного рыцаря.

— Я беру свои слова назад, сэр, – ответил побледневший рыцарь.

— Это хорошо, сэр Мирошдар. Но я не слышу от вас извинений.

— Я приношу свои извинения, сэр Антей, – сквозь зубы ответил рыцарь и отвернулся.

— Сэр рыцарь, я принимаю ваши извинения. Есть ли тут еще кто-то, кто тоже считает меня нечестным бойцом? – спросил Антон.

Вперед, раздвигая рыцарей плечами, вышел рыцарь с щегольски закрученными вверх усами.

— Жуликом вас не назовешь, сэр, – произнес он. – Вы скорее хитрец и ловкач. В поединке я не увидел благородства с вашей стороны. Вы использовали прием кочевников, а не рыцарский удар.

— Вы считаете, что я поступил неблагородно? – спросил Антон.

— Совершенно верно, – усмехнувшись, ответил рыцарь.

— А вы, сэр, не знаю, как вас зовут, или глупец, или болтун, что одно и то же. Вы понимаете, что сейчас говорили полную чушь? – ответил Антон.

Усатый франт нахмурился.

— Вы грубы, как крестьянин, – произнес он.

— Мои крестьяне, – парировал Антон, – благороднее вас, сэр болтун. Они не такие завистливые, как вы, к чужим успехам. Вам-то самому нечем похвастаться. Вы стояли все время битвы и смотрели, как умирают дружинники. Вы хотите очернить другого, чтобы самому выглядеть достойным и благородным, ничего не сделав достойного и благородного.

Тут уж усатый не выдержал.

— Вы нарвались, сэр Антей. Я требую удовлетворения.

Антон равнодушно кивнул:

— Я принимаю ваш вызов. Назовите себя, сэр рыцарь.

— Я рыцарь Живкоч из Клецка.

— Сэр Живкоч, бой пешим, топором, булавой или молотом. Я выбираю молот…

Рыцарь растерялся. Заметался взглядом по сторонам. Затем усмехнулся.

— А мечом вас в степях не учили сражаться? – с издевкой, зло спросил рыцарь.

— Учили, – усмехнулся Антон. – И я знаю, что вы мечник и хотите использовать свое преимущество в бою. Вы просто трусите, сэр. А с трусом сражаться таким благородным оружием, каким является меч, мне не позволяет мое благородное происхождение. В наказание я хочу ваши усы вогнать вам в задницу. Меч тут не поможет.

Рыцарь оскалился, как загнанный в ловушку шакал. Все видели, что может сделать Антон со своим молотом, и выпад рыцаря не достиг цели. Пытаясь оскорбить Антона, он сам оказался в положении оскорбленного человека и вынужден был вызвать Антона на дуэль. А в таком случае выбор оружия был за Антоном.

Но рыцарь не был обременен излишним благородством и гордостью. Он склонил голову и произнес:

— Я приношу вам, сэр, свои извинения и прошу простить меня за излишнюю грубость.

— Вы, сэр, были не грубы. Вы меня хотели унизить. Поэтому я не принимаю ваши извинения. Бой до смерти.

Антон окинул взглядом помрачневшего рыцаря и, понукая коня, отъехал от примолкшей группы рыцарей.

Маршал все это время слушал перепалку. Помрачнел и направился к барону.

— Газан, мальчишка решил показать свою крутость и хочет убить Живкоча.

Барон хмуро посмотрел на маршала.

— Это все твои интриги, Гунтер. Никак не успокоишься? Почему не сказал сразу, что правила поединка соблюдены?

Маршал отвел глаза. Барон набрал воздух сквозь зубы и тихо произнес:

— Если он еще кого-нибудь убьет, а я усмотрю в этом твою вину, я тебя казню.

После этих слов оставил пораженного маршала стоять на месте, а сам направился к рыцарям. Встал перед ними и громко произнес: