Онлайн книга «Удар скорпионов»
|
Глава 21 Столица Хонора город Велико-Варстово. База небесного флота Народного Союза — Граждане Хонора в едином порыве проголосовали за независимость. Хонорцы, венды, джалнуты, альрамеи и тогтарейцы вместе поднялись под бело-красным знаменем против тирании и победили. Мы возвращаемся в семью свободных, просвещённых и богатых народов. Матросы и офицеры — вступайте в ряды небесного флота Хонора. Вам сохранят воинские звания, увеличат денежное довольствие и полностью зачтут службу в Союзе при выходе на пенсию. Кадровые военные, желающие покинуть флот и остаться на Хоноре, получат гражданство и возможность работать, где пожелают. Остальные, а также призывники из Вендии, Невриды и Тогтареи, могут свободно отправиться домой. Правительство Хонора оплатит им дорогу. Ваши товарищи на остальных базах небесного флота и армии уже сделали свой выбор. Не слушайте продажных политвоспитателей! Их время прошло! За нашу и вашу свободу! Громкоговоритель на красно-белом грузовике на мгновение замолк, и проникновенный женский голос сменился залихватским джазом. Одновременно джаз зазвучал с машин у других входов и громоздящихся на лётном поле кораблей. Тех, где ранее подняли хонорские флаги и теперь помогали промыть мозги товарищам. — Воруете чужие идеи, папаша! Недавно ставший счастливым отцом Мойзес возмущённо обернулся к приятелю с переднего сиденья новенького синего Pegotti, и тот объяснил: — Такое показывали в фильме «Пути назад нет». Партизаны сидели на болоте, а хинтерландцы их через матюгальник агитировали! — Не видал я твоей киношки! — пренебрежительно скривился альрамей. — Да и там небось ерунду обещали, какую-нибудь бутылку водовки с банкой консервов на рыло! А потом в это же рыло прикладом давали? Стано расхохотался. — Точно! Даже анекдот есть. Выдал мужичок партизан, тех повесили, а доносчику вместо награды морду начистили. Идёт весь такой грустный, и думает: «Мяса не поел, водки не попил, и с ребятами как-то нехорошо вышло…» — Вот именно! — Мойзи нравоучительно помахал пальцем. — А у нас всё честно. Сейчас сам услышишь! Музыка стихла, и из рупора снова заговорили. На сей раз слегка гнусавым тенорком. — Привет, парни! С вами опять матрос крейсера «Тавалога» Дидо Кватерн! После зверской расправы кровавого режима Народного Союза над мирным научным судном я решил выбрать свободу и не пожалел. Позавчера политвоспитатели врали вам, что предатель Кватерн умер в орлеанской психушке. Боцман Миро Косор с «Меткеша» и сержант Велемир Штарич из штаба флота решили проверить. Земляки, вы тут? — Мы тут! Оба здесь! — хором ответили двое и дальше заговорили поодиночке. — Брешут политвошаки! Дидо живой и здоровый! — Он нам фотки своего дома показывал! Шикарный, два этажа! — Дуйте к нам, братва, тут без обмана! Недоверчивый корреспондент «Рассвета» удивлённо поднял брови. — Это действительно его дом? — Можем в гости заехать! — засмеялся Мойзи. — Я сам ему помогал удрать, он нам теперь по гроб жизни благодарен и отрабатывает, не щадя языка. И успешно, заметь: полк охраны порта наполовину разбежался, вторую половину офицеры в казармах заперли, но не помогает… Во, гляди, ползут! В полусотне метров от перегороженного шлагбаумом прохода к главному военному порту флота Союза на Хоноре, над забором из колючей проволоки, появилась голова. Несколько шинелей легли на заграждение, и через него полезли люди. Момент для дезертирства — лучше не придумаешь: короткая ночь. Раскинувшийся на полнеба Экзепр полтора часа назад заслонил Отца и Мать, и в чёрно-серебристом полумраке короткой ночи беглецов почти не видно. Тем более и ближайшая дозорная вышка опустела — часовой также выбрал свободу. И перед тем, как удрать, повернул прожектор в сторону от места перелаза. |