Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 86 – Николетта Фэй

— Он бежит, пока его люди жгут улики, — говорю я.

Хальд складывает приказ в прозрачный футляр.

— Уже не один. Мои люди видят карету. Догонят до перевала.

Задержание ещё не произошло, и уверенность ревизора ничего нам не возвращает. Я прошу его передать Дейру, что Вельк остаётся у западной стены с тяжёлым арбалетом. Хальд даёт сигнал наружным постам и закрывает окно, когда дым опускается ниже.

В центральном коридоре бумаги переходят из рук в руки вместе с лекарствами и водой. Нельс сам несёт свой журнал, прижимая к груди так бережно, будто от сохранности обложки зависит, останутся ли действительными его слова. Корн пытается забрать у него книгу.

— Если вы потеряете её, скажут, что признания не было.

— Если вы отнимете, скажут, что комендант заставил меня написать, — Нельс отступает к стене. — Я отдам леди Селестре.

Они оба смотрят на меня. Выбор между двумя людьми, которые уже скрывали правду, плох в любую сторону.

— Запечатайте журнал вдвоём, — решаю я. — На шнуре подписи ваши и Аделины. Нести будет Нельс, Корн идёт рядом. Селестра примет при свидетелях.

Нельс не благодарит. Корн тоже. Они находят шнур и исполняют, потому что спорить с процедурой труднее, чем друг с другом.

Из-под западной лестницы тянет густым хвойным запахом. Первая подожжённая смола пахла дымом и гарью; новая ещё холодная. Значит, большая кладовая открыта.

Освин возвращается без книги. На рукаве у него известковая пыль.

— Отдал Селестре. Она завернула её в одеяло Тайра и поставила возле своего тюфяка. А в подвале ломают железо.

Мы идём к схеме у внутренней двери. Кайрена уже перенесли в прачечную, но он слышит через открытый проход и требует принести ему фонарь. Аделина запрещает вставать; муж не спорит и просит Освина описывать вместо него.

Старик чертит на полу четыре линии. Западный желоб уже выгорел у складов. Три других проходят от большой кладовой к внутренней стене, жилому корпусу и старой канцелярии. Два мы забили камнем ближе к выходам, однако смола заполнит борозды до заторов. Если давление вытолкнет известь или жидкость пойдёт через край, огонь доберётся до дверей.

— Мы заклинили выпускные колёса, — напоминает Корн.

— Заклинили сверху, — Освин ударяет ключом по первой линии. — Вельк может разбить спицы и поднять железо ломом. Но ниже каждого желоба есть отвод в сухой ров за стеной.

— Почему раньше им не воспользовались? — спрашивает Аделина из прачечной.

— Потому что при Протоколе Огня хотели жечь крепость, а не спасать её. Отвод открывали после, чтобы остаток смолы не стоял в подвале.

У каждого отвода своя тяжёлая задвижка. Все три находятся в нижнем сыром подвале под западной стеной. Если открыть их до того, как борозды переполнятся, смола уйдёт по каменным трубам наружу, в сухой ров. Там нечему гореть, а люди Дейра смогут отойти.

— Ключи подходят? — я смотрю на связку Освина.

— Дверь откроют. Задвижки ключей не спрашивают. Там железные колёса и ржавчина старше меня.

Сверху раздаётся удар, затем второй. Звук идёт по трубам под нашими ногами. Вельк или его люди ломают первый заклиненный выпуск.

Я отправляю Корна предупредить Дейра о сухом рве и увести наружные посты выше по склону. Бесса остаётся у детей, Аделина — с Кайреном и тяжёлыми. Документы распределены между тремя людьми и двумя комнатами; если придётся двигаться, каждый знает свою стопку.