Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 42 – Николетта Фэй

— Что удобно?

Бесса сразу жалеет, что вмешалась. Перекладывает корзину из руки в руку и смотрит на меня.

— Не знаю я ваших дел, господин генерал. Только здоровому солдату лихорадку не припишешь. Потому и заметили.

Вот чего не хватало нашей схеме. Дети, уже записанные больными, могли ухудшаться сколько угодно — бумага всё объясняла заразой. Два человека Дейра и служащие Ремара порошок получили для профилактики. Болезни, на которую можно свалить приступ, у них не было.

Кайрен переворачивает чистый лист.

— С этого начнём предупреждение. Здоровые люди, одна партия, одинаковая реакция.

Он составляет краткий текст для всех военных госпиталей. Без обвинений, только номера, признаки и требование временно отделить коробки до проверки. Дейр ставит регистрационный штамп, связист начинает передачу — и почти сразу с восточного поста приходит запрет.

Приказ подписан новым начальником санитарного округа. Любые общие рассылки из Серой крепости объявлены недостоверными до прибытия ревизора. За распространение сведений грозит арест после снятия карантина.

— Сначала мы заражённые, теперь недостоверные, — Корн читает подпись. — Удобная болезнь. Даже разговаривать запрещает.

До ревизии остаётся тридцать один час.

За это время утренний обоз успел пройти развилку. Дейр отправил проверяющих, но они имеют право только осмотреть печати и задержать груз при явном повреждении. Коробки целы. Бумаги оформлены безупречно. К вечеру партия окажется в трёх новых госпиталях.

Кайрен пробует гражданскую почту. Человек Морвеля возвращает посыльного от внешнего кольца: карантин запрещает передачу частных писем. Торговец, доставивший записку лекарки, уже уехал. Драконы Дейра подчиняются военному приказу. На крыше нет даже голубятни.

— Можно обратиться к Вальдерам через управляющего, — предлагает Корн.

— Домовую связь тоже ведёт военный узел, — отвечает Кайрен. — После отстранения мои коды заблокированы.

— У главы одного из крупнейших домов нет способа отправить жене письмо без разрешения полковника?

— Был. Я предпочитал приказы.

Кайрен говорит сухо, но я слышу, что ответ относится не только к связи.

Мы возвращаемся к опросам. Делать вид, что времени достаточно, помогает работа. Я сверяю имена с койками. Аделина дважды обходит детское крыло. У Иви впервые за несколько дней нормальная температура. Он требует вернуть ложку, которую Бесса отняла после ночной попытки защищать ворота.

Тайр отдаёт ему свою и садится у окна. Оттуда виден внешний пост. Мальчик считает людей Морвеля и шепчет цифры зайцу с разными ушами.

— Они ночью сменились, — сообщает он мне. — Было восемь, стало двенадцать. Двое ходили к западной стене.

Западная стена упирается в заброшенные подвалы и старый проход, который Освин показал мне в первый день. Я нахожу хранителя у цистерны. Он уже знает о дозоре: оставил тонкую полоску муки у внутренней двери прохода, и следов на ней нет. Снаружи замок могли осматривать, но войти пока не пытались.

— Если ревизор задержится, попытаются, — говорит Освин. — За западной стеной их с дороги не увидят.

Мы переносим документы из комнаты возле подвала в бывшую часовню. Копии делим: одну оставляем у Корна, вторую прячем в пустом ящике для свечей, третью Аделина вкладывает между страницами старого лечебника. Нельсу сообщаем только о первой.