Книга Вторая жена дракона. Первая живет в зеркале, страница 94 – Виолетта Вейл

— Серебро руками не трогай.

— Знаю.

Я осмотрела наружную сторону.

След удара был виден сразу: дерево раскололось поперек волокон. На внутреннем крае сохранилась часть проводника.

— Вот.

Ардис наклонился.

— Вижу.

Серебро оплавилось неравномерно. Ближе к стеклу слой потемнел, а у места разлома, наоборот, остался светлее.

Я поднесла контрольную пластину.

Ноль.

Остаточного поля давно не было.

— Что это говорит? — спросил Дарен.

— Пока ничего.

Я перевернула фрагмент.

На обратной стороне серебряная линия уходила под стекло и обрывалась у трещины. Вдоль нее тянулся характерный след перегрева.

Не от внешнего огня.

Изнутри проводника.

Я почувствовала, как догадка складывается в вывод.

— Ардис.

Он уже понял.

— Да.

— Что? — спросил Дарен.

Я положила фрагмент на ткань.

— Контур был под нагрузкой еще до того, как стекло окончательно разрушилось.

Дарен посмотрел на меня.

— Мы это знали.

— По твоему рассказу — да.

Я указала на почерневшую линию.

— Теперь видим.

Ардис взял лупу.

— Нагрев начинается здесь.

Он показал участок ближе к внутреннему узлу.

— И идет к месту разлома.

Дарен молчал.

Я продолжила:

— Если бы зеркало сначала разбили, а потом через него пошел аварийный выброс, картина была бы обратной. Самая сильная дуга возникла бы у свежего разрыва.

— А здесь?

— Здесь проводник уже нес энергию, когда его разорвали.

Дарен подошел на шаг.

— Значит, передача уже шла.

— Да.

— До моего удара.

— Да.

Он закрыл глаза.

Ардис повернул фрагмент.

— И еще.

Я посмотрела.

— Видишь микротрещину?

— Да.

— Она проходит поверх старого теплового изменения.

Я поняла.

— Значит, нагрев был раньше механического повреждения.

— Именно.

Дарен смотрел на нас.

— Скажите прямо.

Я встретила его взгляд.

— Когда ты ударил по второму зеркалу, процесс уже шел.

— Я действительно пытался его остановить.

— Да.

Он резко выдохнул и отвернулся.

Я не стала напоминать, что мы и так ему верили.

Иногда человеку нужно не чужое подтверждение, а вещь, которую можно увидеть самому. Особенно если он слишком долго не верил себе.

Через несколько секунд Дарен спросил:

— А выброс?

Я снова посмотрела на осколок.

— Начался после разрыва, но удар не запустил перенос.

— Он разрушил уже работающую линию.

— Да.

— И энергия пошла по оставшемуся открытому пути.

— К Эвелине.

— Да.

Он провел ладонью по лицу.

— Значит, если бы я ничего не сделал...

— Мы не знаем, что произошло бы.

— Она могла закончить перенос.

— Могла.

— И остаться живой.

— Возможно.

— Или умереть от него.

— Возможно.

Он посмотрел на меня.

— Ты никогда не даешь удобного ответа.

— Ты сам просил правду.

— Знаю.

Я подошла к нему. Не обняла — просто коснулась его руки.

— Фрагмент доказывает, зачем ты ударил. Но не доказывает, какой вариант будущего был бы лучше.

Дарен сжал мои пальцы.

— Этого достаточно.

Ардис тихо сказал:

— Хотелось бы, чтобы все люди так же хорошо различали доказанное и желаемое.

Я посмотрела на него.

— Не порть момент.

— Работа такая.

Фрагмент второго зеркала оказался именно тем переходником, который нам требовался.

Старая серебряная линия имела тот же состав и рисунок проводимости, что основной накопитель.

Использовать весь кусок мы не могли, но Ардис осторожно снял с внутренней стороны узкую полоску серебра.

Я встроила ее в начало новой приемной пластины.