Книга Вторая жена дракона. Первая живет в зеркале, страница 78 – Виолетта Вейл

— Пять минут назад ты жаловался на поезд.

— Одно другому не мешает.

Дарен тихо сказал:

— Теперь я понимаю, у кого вы учились.

— Не все мои недостатки от него.

— Большинство, — сказал Ардис.

Я посмотрела на них обоих.

— Уже жалею, что вас познакомила.

Ардис потребовал сначала увидеть схемы.

Два часа он провел в библиотеке, не подходя к самому зеркалу. За это я и ценила его как наставника: никаких эффектных жестов, никаких требований «показать немедленно». Сначала — сведения.

Он изучил мои зарисовки скрытого слоя, прочитал журнал Эвелины, посмотрел схему временного якоря Мины и только потом откинулся в кресле.

— Вывод неприятный.

— Какой?

— Ты права.

— От вас это почти признание в любви.

— Не привыкай.

Дарен спросил:

— В чем именно она права?

Ардис постучал пальцем по схеме.

— Основной контур записывает личность в накопитель. Вторичный развернут наружу. Ограничителя выбора нет. Идентификатор привязан к статусному якорю.

— То есть возможна полная передача.

— Да.

— Можно удалить то, что уже передано Лиане?

Ардис посмотрел на меня.

— Теоретически.

Я выпрямилась.

— Как?

— Тем же принципом.

— Обратной проводкой.

— Именно.

Дарен нахмурился.

— Объясните.

Ардис взял карандаш.

— Если система способна записывать информацию в человека, между человеческой памятью и накопителем существует двусторонний путь.

— Существовал, — уточнила я. — Пока печать была активна.

— Печать была только идентификатором.

— Да.

— Значит, можно создать временный якорь непосредственно на Лиане и попытаться заставить контур принять обратно материал, который не совпадает с ее исходной памятью.

Надежда вспыхнула и тут же погасла.

— «Попытаться», — повторила я.

Ардис одобрительно кивнул.

— Хорошо, что услышала именно это слово.

— Риски?

— Огромные.

— Нет, — резко сказал Дарен.

Ардис даже не повернулся.

— Я с вами не разговаривал.

— Теперь разговариваете.

— Тогда нет чего?

— Эксперимента на Лиане.

Я вмешалась:

— Никто пока не предлагает эксперимент.

Дарен посмотрел на меня.

— Он только что...

— Описал принцип.

Ардис кивнул.

— Умная женщина.

— Я знаю, — сказал Дарен.

— Не помогай, — попросила я.

Ардис продолжил:

— Проблема не в том, можем ли мы заставить контур принять информацию обратно.

— А в том, что он не умеет различать мою и чужую память.

— Именно.

Надежда окончательно исчезла.

— Если открыть обычную запись, система может начать вытягивать мои воспоминания вместе с фрагментами Эвелины.

— Да.

Дарен сел рядом со мной.

— Значит, это невозможно.

— Нет, — возразил Ардис. — Это значит, что у нас пока нет безопасного способа.

Я посмотрела на наставника.

— Но способ может существовать.

— Люблю твою способность слышать только удобную часть.

— Это взаимно.

Он перевернул страницу журнала.

— Эвелина сама работала над различением памяти.

— Где?

— Вот эти таблицы.

Я наклонилась. Раньше они казались мне расчетами стабильности.

Ардис указал на колонки.

— Это не уровень энергии. Это коэффициенты совпадения ассоциаций.

Я перечитала обозначения.

— Вы уверены?

— Нет.

— Прекрасно.

— Но почти.

Он протянул мне карандаш.

— Посмотри на третью колонку.

Я сравнила значения и поняла.

— Чем старше воспоминание, тем больше связанных узлов.

— Да.

— И тем сложнее отделить чужое от собственного, если оно уже интегрировано.