Книга Вторая жена дракона. Первая живет в зеркале, страница 18 – Виолетта Вейл

«При глубокой записи реакция на внешний вопрос сохраняется только при достаточном объеме личностного материала».

Я перечитала.

— Вот почему она отвечает.

— Объясните.

— Обычная запись хранит отдельные эпизоды. Но если записать достаточно воспоминаний, реакций и привычек, система сможет не просто воспроизводить их, а выбирать подходящий ответ.

Дарен смотрел на чертеж.

— То есть это все равно не она.

— Не душа, если вы об этом.

— А что?

Я помолчала.

— Очень подробная модель человека.

Он провел ладонью по лицу.

— Это должно меня успокоить?

— Нет.

Я перелистнула еще несколько страниц.

Часть листов была вырвана — не выпала, именно вырвана. По внутреннему краю остались неровные полоски бумаги.

— Здесь чего-то не хватает.

Дарен посмотрел.

— Много?

— Минимум десять страниц.

— Может, Эвелина сама их убрала.

— Может.

— Или кто-то после ее смерти.

— Кто имел доступ?

— Я. Сера. Мастера палаты. Доктор Варр.

Я подняла голову.

— Доктор был здесь после смерти?

— Да.

— Вы говорили, что он находился в доме в ту ночь.

— Да.

— Почему?

Дарен отвернулся.

— Потому что лечил Эвелину.

— От ожога?

— До ожога.

Я замерла.

Еще одна дверь, которую он приоткрывал ровно настолько, чтобы не впустить меня внутрь.

— От чего?

— Лиана.

— Это уже связано с зеркалом.

— Не знаю, насколько.

— Тогда тем более расскажите.

Дарен посмотрел на меня.

— Она болела.

Я ждала.

— Чем?

— Я не стану пересказывать ее медицинские подробности без документов.

— Она умерла.

— Это не отменяет права человека на достоинство.

Я раздраженно выдохнула.

Он был прав. И именно поэтому спорить становилось сложнее.

— Хорошо. Тогда документы.

— Они у Варра.

— Где он?

— В Лерне. Около двух часов поездом.

— Я поеду.

— Завтра?

— Если он принимает.

— Я напишу ему сегодня.

— Не предупреждайте, что именно я хочу узнать.

Дарен нахмурился.

— Вы думаете, я стану инструктировать врача, что вам говорить?

— Я думаю, вы привыкли защищать людей от неудобных разговоров.

Он долго смотрел на меня.

— Справедливо.

Я закрыла глаза.

— Вы делаете это специально.

— Теперь да.

Несмотря на себя, я улыбнулась — и почти сразу почувствовала вину.

Не перед Эвелиной.

Перед комнатой.

Перед тем, что мы стояли среди следов ее последней ночи и позволили себе короткую шутку.

Потом я поняла, насколько нелепа эта вина. Я не обязана была вести себя как вдова первой жены собственного мужа.

Я продолжила работу.

В одном из ящиков стола нашелся официальный отчет о происшествии. Не копия, которую Дарен принес утром, а более подробный внутренний вариант.

Я начала читать.

Дата совпадала.

Время вызова врача — почти полночь.

Место происшествия — рабочая комната Эвелины Роуэн.

Причина повреждения: разрушение накопительного контура с последующим обратным выбросом энергии.

Пострадавшая: Эвелина Роуэн.

Повреждения: обширный магический и термический ожог.

Я остановилась.

— Здесь нет слова «пожар».

Дарен стоял у окна.

— Что?

— В официальном домашнем отчете причиной назван пожар в западном крыле. Здесь написано: «обратный выброс энергии после разрушения накопительного контура».

Он подошел и прочитал.

— Пожар был следствием.

— Значит, это было не обычное возгорание.

— Нет.

— Почему в общих документах формулировку упростили?

— Я попросил.

— Зачем?

Дарен промолчал.

Я подняла глаза.