Книга Фальшивый муж на неделю, страница 52 – Ника Светлова

— Вот, — ска­за­ла па­ни Ве­ра. — Здесь вид­но клей­мо ма­сте­ра. То са­мое, ко­то­рое от­ри­ца­ет ваш му­зей­ный экс­перт.

Она ак­ку­рат­но раз­гла­ди­ла фо­то­гра­фию ла­до­нью, раз­вер­ну­лась и вы­шла, ти­хонь­ко при­крыв за со­бой дверь. Звук за­щелк­нув­ше­го­ся зам­ка про­зву­чал как удар су­дей­ско­го мо­лот­ка.

А мы оста­лись си­деть в ти­шине, гля­дя на хруп­кие бу­маж­ные ли­сты, ко­то­рые жда­ли сво­е­го ча­са доль­ше, чем длит­ся че­ло­ве­че­ская мо­ло­дость.

Че­рез неде­лю Ир­жи аре­сто­ва­ли пря­мо в ко­стю­мер­ной, меж­ду при­мер­кой бот­форт и па­ри­ка. На вто­ром до­про­се, слом­лен­ный по­ка­за­ни­я­ми па­ни Ве­ры и ло­ги­кой Но­ва­ка, он во всём при­знал­ся. Ему све­тил ре­аль­ный срок за кра­жу ис­то­ри­че­ско­го на­сле­дия, смяг­чен­ный лишь ста­ту­сом «пер­во­хо­да» и по­мо­щью след­ствию.

Па­ни Ве­ру не ста­ли при­вле­кать к от­вет­ствен­но­сти, учи­ты­вая ее воз­раст, со­сто­я­ние здо­ро­вья и мо­ти­вы от­ча­ян­ной вдо­вы, огра­ни­чив­шись стро­гим пре­ду­пре­жде­ни­ем про­ку­ро­ра. Од­на­ко ис­то­рия про­со­чи­лась в прес­су. Ди­рек­тор му­зея, по­чу­яв за­пах сен­са­ции, со­гла­сил­ся на ком­про­мисс. По­сле дол­гих пе­ре­го­во­ров ад­ми­ни­стра­ция вы­став­ки внес­ла имя Йо­зе­фа Кр­жи­же­ка в ка­та­лог пред­сто­я­щей экс­по­зи­ции как «со­ав­то­ра на­ход­ки и пер­во­от­кры­ва­те­ля», со­про­во­див это об­шир­ной ста­тьей об ис­то­рии ди­на­стии при­двор­ных юве­ли­ров.

Спра­вед­ли­вость бы­ла вос­ста­нов­ле­на. Исто­рия по­лу­чи­ла свою раз­вяз­ку.

Ве­че­ром мы от­кры­ли бу­тыл­ку на­сто­я­ще­го чеш­ско­го аб­сен­та, куп­лен­но­го у ал­хи­ми­ка на Ста­ро­мест­ской пло­ща­ди. Марк си­дел на по­лу, при­сло­нив­шись спи­ной к кро­ва­ти, а я устро­и­лась ря­дом, по­ло­жив го­ло­ву ему на пле­чо. Из дет­ской кро­ват­ки-кор­зин­ки до­но­си­лось мер­ное, бар­хат­ное ур­ча­ние.

Гам­лет спал, свер­нув­шись иде­аль­ным пу­ши­стым клуб­ком. Во сне он дер­гал уса­ми, ве­ро­ят­но, до­пра­ши­вая при­зра­ка от­ца. Ра­бо­та де­тек­ти­ва ни­ко­гда не за­кан­чи­ва­ет­ся.

Москва встре­ти­ла нас тя­же­лым, гу­стым сне­гом и оглу­ши­тель­ной ти­ши­ной. По­сле трех недель праж­ско­го безу­мия, вспы­шек ка­мер, за­па­ха ста­рой ка­мен­ной клад­ки, кри­ков ре­жис­се­ров на пя­ти язы­ках и по­сто­ян­но­го на­пря­же­ния, на­ша квар­ти­ра на Чи­стых пру­дах по­ка­за­лась нам Но­е­вым ков­че­гом, ост­ров­ком аб­со­лют­но­го, по­чти нере­аль­но­го спо­кой­ствия.

Мы разо­бра­ли че­мо­да­ны под ти­хий джаз из ста­ро­го про­иг­ры­ва­те­ля. Марк по­ве­сил ко­стю­мы в хим­чист­ку, я от­пра­ви­ла эс­ки­зы арт-ди­рек­то­ру по за­щи­щен­но­му ка­на­лу. Гам­лет немед­лен­но со­вер­шил об­ход вла­де­ний, об­ню­хал уг­лы, пре­зри­тель­но фырк­нул на фи­кус (тот яв­но по­те­рял свою фор­му за вре­мя на­ше­го от­сут­ствия) и тор­же­ствен­но ок­ку­пи­ро­вал ши­ро­кий под­окон­ник эр­ке­ра. Это бы­ло его за­кон­ное ме­сто, точ­ка об­зо­ра над буль­ва­ром, от­ку­да он мог кон­тро­ли­ро­вать го­лу­бей.

На ку­хон­ном сто­ле, ря­дом с тур­кой и недо­еден­ным ба­ге­том, ве­е­ром ле­жа­ли три пух­лых кон­вер­та из плот­ной бу­ма­ги. Три кон­трак­та, каж­дый из ко­то­рых еще ме­сяц на­зад ка­зал­ся бы нам фан­та­сти­кой.