Книга Брошенная жена Черного дракона. Хозяйка Пепельной долины, страница 2 – Ангелина Сантос

— Он уже расторгнут.

Ответ прозвучал буднично, почти деловито.

Я пробежала глазами текст. Брак между Рейнаром Арденом, главой дома Арден, и Элиной Сорен, заключенный семь лет назад, прекращался по соглашению сторон.

По соглашению сторон.

Я посмотрела на подписи.

Одна принадлежала Рейнару.

Вторая — женщине, чье тело теперь было моим.

— Я уже подписала?

— Вчера.

В его голосе впервые появилась раздраженная нотка.

— Хорошо.

Он прищурился.

— Хорошо?

— Если документ подписан обеими сторонами, спорить о самом факте поздно.

Я не знала местных законов, но смысл бумаги был очевиден.

Рейнар откинулся в кресле.

— Утром ты говорила иначе.

Я коснулась виска.

— После лекарства почти ничего не помню.

Это было не совсем ложью.

Он помолчал, затем взял бумаги.

— Тогда повторю. После развода тебе возвращается имущество, указанное в брачном договоре как личное. Дом Сорен в столице остается твоему брату по наследственному разделу. Денежная доля перечислена на твой счет в Королевском расчетном доме. Украшения моей семьи остаются здесь. Твои вещи собраны.

Я запоминала каждое слово.

Брат. Дом. Счет. Вещи.

Для мира со свечами, печатями и лекарскими настоями все звучало подозрительно упорядоченно.

— Где я буду жить?

— Где захочешь.

Он сделал короткую паузу.

— Только не здесь.

Вот теперь я услышала в его голосе нечто личное. Не ненависть — скорее усталость. Так говорят с человеком, с которым слишком долго пытались что-то исправить.

Я не знала, что сделала прежняя Элина, но развод явно был не следствием обычного охлаждения.

— Почему вы со мной разводитесь?

Рейнар замолчал.

Он смотрел на меня так, будто пытался понять, притворяюсь я или действительно ничего не помню.

— Ты хочешь, чтобы я снова это произнес?

— Хочу понять.

— Понимать стоило раньше.

Жесткость в его голосе была первой настоящей эмоцией.

Он поднялся и подошел к камину.

— За последний год из хозяйства моего дома исчезло больше сорока тысяч серебряных марок. Деньги уходили через торговые сделки, связанные с владениями твоего брата. На распоряжениях стоит твоя подпись. На трех документах — твоя печать. Платежи подтверждены счетами.

Внутри у меня похолодело.

— Я призналась?

— Нет.

— Тогда что сказала?

— Что ничего не знала.

— И вы мне не поверили.

— Я проверил документы.

Я смотрела на его спину и пыталась уложить услышанное в голове.

Прежнюю Элину подозревали в краже. Возможно, справедливо. Возможно, кто-то использовал ее имя.

Но я не знала о ней ничего и не могла автоматически считать ее невиновной только потому, что оказалась в ее теле.

— Я могу увидеть документы?

Рейнар обернулся.

— Зачем?

— Вы говорите о моей подписи.

— Они у управляющего.

— Значит, их можно посмотреть.

Он помолчал.

— Семь месяцев ты отказывалась заниматься счетами. Говорила, что всем распоряжается Герман. А теперь хочешь проверить бумаги?

Герман. Вероятно, брат.

— Да.

— Почему?

Я посмотрела на печать. Маленькая, тяжелая, с изображением ветви или цветка.

— Если там действительно моя подпись, я хочу знать, что именно было подписано.

Рейнар вернулся к столу.

— Тебе больше не нужно оправдываться передо мной, Элина.

— Я не оправдываюсь.

Он остановился.

Мне пришлось поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Наш брак расторгнут. Вы сами это сказали. Я не собираюсь вас переубеждать. Но если через мое имя или имущество проходили чужие деньги, развод не отменяет проблему.