Книга После развода. Всё изменится, страница 3 – Анна Янсен

Припарковав машину у школы Алисы, я перевела дух. Ведь только что я плакала от счастья, а теперь мне стоит вновь выслушать, что натворила моя дочь. Конечно же, Антон запретит её ругать, ведь она ребенок. Но скоро у нас будет еще один малыш, и Алиса должна понимать, что она не сможет быть центром Вселенной для отца. Нужно учиться уже находить общий язык с одноклассниками. Иначе репутация будет и дальше портиться, а ведь это только начальная школа.

Зайдя сначала к учителю, я увидела её недовольную физиономию. Она работает в школе уже двадцать лет и знает, что говорит. И я согласна с ней полностью. Алиса — избалованный ребенок. И я с этим не поспорю. Это стало плохо сказываться и на её учебе. Хотя Алиса не из глупых детей и всё схватывает на лету. Но когда её внимание переключается на другие вещи, там становится ясно, почему страдает и учеба.

— Наталья Ивановна, уже у директора. Её дочь пришла с царапиной на щеке и замкнулась в себе. Ведь это её первый день в новой школе… А ваша Алиса уже успела её сделать изгоем… — Лариса Афанасьевна снимает очки и складывает их в специальный чехол и поворачивается ко мне с вопросительным видом.

— Я понимаю. Я с ней обязательно поговорю, Лариса Афанасьевна. Мне очень жаль… — опускаю глаза в пол, как в школе, чувствую свою вину за себя. Ведь воспитание детей ложится полностью на родителей, и вина тоже.

— Просто понимаете… Я пытаюсь, но она меня не слушает… А это уже не первый такой случай за два года школы… — учитель открывает журнал на ноутбуке и клацает мышкой по экрану. — И учеба падает, хотя Алиса очень способная девочка, главное — её не упустить сейчас… Может, обратитесь к психологу?

— Мы попробуем справиться пока сами. Спасибо, — киваю я, и мы с учителем направляемся к директору.

Возможно, Алисе бы не помешал психолог. Но, как по мне, к нему нужно ходить всей семьей. А Антон, конечно же, никуда не пойдет. Раскричаться только может, что его ребенок не нуждается в психологах. И на этом всё.

Зайдя к директору, вижу маму девочки — высокую брюнетку с длинными ногами лет тридцати. Она перекинула на меня взгляд как бы свысока. Мне не очень понравилась её недовольная ухмылка в мою сторону.

— Здравствуйте, Дарья Александровна, садитесь. Мы с Натальей Ивановой решили пока поговорить без детей. Ведь учитель всё видела, Алиса первая провоцировала девочку. Если эта встреча не поможет, будем подключать школьного психолога и девочек… — Виктория Сергеевна — женщина средних лет и наш директор. Я уже не впервые сталкиваюсь с ней. Ведь Алиса как-то разбила мальчику нос. Он её дразнил, и моя дочь не сдержалась…

— Да, конечно, я все понимаю, Виктория Сергеевна. Я сегодня поговорю с Алисой, и она извинится, — почувствовав легкую дрожь в теле и тошноту, я присаживаюсь напротив мамы девочки.

— Извинится? Да вы понимаете, что моя дочь боится приходить завтра в школу? Она её назвала бездомной! Потому что моя дочь не носит бренды, как ваша, и не ходит с телефоном в школу! — заверещала Наталья и взглянула на меня так, будто бы её что-то очень триггернуло.

Да, мы одеваем Алису не в самых дешевых магазинах, потому что Антон настаивает, чтобы одежда была качественная. И телефон у неё есть уже. В первом классе Антон подарил хорошую марку. И что она так удивляется? Дети современные, и уже половина ходят в школу с телефонами…