Книга Башня ветров, страница 167 – Ирина Грин

— Вы к кому, молодой человек? – остановил Федора консьерж в фуражке и форменной одежде.

— В восемнадцатую квартиру, – напустив на себя независимый вид, отозвался тот. – Я племянник Ариадны Марс.

Секьюрити пощелкал кнопками телефона:

— Здравствуйте, Алексей Ильич! К вам племянник Ариадны Марс. Пустить?

Трубка в ответ что-то прохрипела, консьерж нажал на кнопку, и на турникете, преграждающем вход, загорелась зеленая лампочка. Федор рванул вверх по лестнице.

— Третий этаж! – прокричал ему в спину консьерж.

Дверь в квартиру под номером восемнадцать была открыта. На пороге стоял небритый мужчина в полосатой пижаме, очевидно, тот самый Алексей Ильич, с которым только что общался охранник.

— Ты, что ли, племянник? – хмуро спросил он.

— Я, – кивнул Федор.

— Ну проходи! – Алексей Ильич посторонился, пропуская его в квартиру. После уличной стужи здесь было даже жарко. Федор скинул ботинки, потянул вниз молнию куртки. – И что тебе надо, племянник?

Если честно, Федор не знал, что ему надо от этого человека. Информацию. Какую? Нужно было в электричке составить план разговора, но там было так тепло, что его сразу потянуло в сон. Тут Федор непроизвольно зевнул, не забыв при этом прикрыть ладонью рот.

Алексей Ильич это заметил.

— Может, кофе?

— Ага, – согласился Федор. – Было бы неплохо, а то на улице такой дубарь.

— Тут тебе не Крым, – заявил Алексей Ильич, – проходи.

Он тихонько подтолкнул Федора в спину. Тот сделал несколько шагов и оказался в огромной комнате с высоченным потолком, с которого свисала люстра с многочисленными хрустальными висюльками. Судя по плите, микроволновке и шкафам со стеклянными дверцами, наполненными самой разнообразной посудой, это была кухня.

Загудела кофемашина.

— Как тетушка себя чувствует? – спросил Алексей Ильич.

— Вашими молитвами, – ответил Федор, сам не зная, почему выбрал именно эти слова. В этот момент что-то резко просвистело у него над ухом, обрушилось на голову, разлилось резкой болью, а затем настала полная темнота.

Очнувшись, он обнаружил, что лежит на полу все в той же кухне, ноги связаны чем-то наподобие пластиковой стяжки, руки, очевидно, тоже. Рот заткнут тряпкой, голова сильно болит. Попытался крикнуть – изо рта вырвалось лишь мычание. В кухню тут же ввалился Алексей Ильич и со всей силы пнул его ногой под ребра. Хорошо хоть, был в тапочках, получилось не так больно.

— Меня будут искать! – попытался сказать Федор, но получилось «М-м м-м м-м».

— Заткнись! – прошипел Алексей Ильич и снова ударил его сначала ногой, а потом чем-то увесистым по голове, и Федор снова отключился. Когда очнулся, понял, что находится в багажнике движущейся машины. Сначала дорога была хорошая, потом похуже, а в конце стала совсем отвратительной. Все тело болело неимоверно, руки не чувствовались. Вспомнились занятия по военной подготовке. Жгут можно накладывать только на определенное время, и обязательно написать записку. Вряд ли негостеприимный Алексей Ильич позаботился об этом. Теперь, когда Федора найдут, руки, скорее всего, придется отрезать. И что он будет делать без рук? Можно, конечно, приспособить ноги… Или палочку держать в зубах… Снова навалился сон. Федор зевнул, насколько это позволял кляп. Хорошо, что можно не заморачиваться и не прикрывать рот ладонью. Он снова зевнул. Пожалуй, пока есть такая возможность, нужно поспать. Неизвестно, что дальше собирается делать Алексей Ильич. Может, он в Крым едет и Федора везет. В Крыму хорошо… Тепло… Ася…