Книга Дом с синими ставнями, страница 61 – Ирина Грин

— Так что насчет посидеть с Алисой?

— Не надо, — тихо ответила Ася. — С минуты на минуту должна приехать Лидия Семеновна.

На другом конце провода Иван с облегчением выдохнул. Это было слышно так явственно, что Ася почувствовала, как в груди защемило. Он был рад, что не придется сидеть с собственной дочерью. В этот момент это ранило почти так же сильно, как предстоящий суд.

Ася обвела взглядом комнату. Игрушки Алисы, разбросанные по полу, казались теперь частью какой-то другой, чужой жизни. Ей вдруг до боли захотелось, чтобы Иван был здесь, обнял ее и сказал что-то простое и глупое, вроде «Ась, да все это ерунда». Но его не было. Только тикающие часы на кухне отсчитывали последние минуты ее обычной жизни, а в дверь вот-вот должна позвонить Лидия Семеновна, единственный человек, на которого она пока еще могла положиться в рушащемся мире.

Ася медленно подошла к окну. Во дворе играли дети. Обычное утро. Обычный день. Для всех, кроме нее. «Все будет хорошо», — попробовала она повторить про себя слова адвоката. Но ее собственное сердце кричало в ответ, что ничего хорошего уже не будет.

Иван, сидя за столом в офисе «Кайроса», задумчиво смотрел на экран телефона. Его облегчение во время разговора с Асей вовсе не было связано с Алисой — с ребенком он как-нибудь справился бы. В конце концов, всегда можно было привлечь Кристину или дворничиху тетю Олю — специалистку по детям всех возрастов, включая собственного сорокалетнего обалдуя Эмиля. Нет. Все было гораздо проще. Очень важный звонок, который прервал его разговор с женой, был из лаборатории. Той самой, куда он вчера отвез бульон «добрейшей» Лидии Семеновны.

— Результаты готовы, Иван Станиславович, — сказал лаборант — клон Лебедева. — В образце обнаружены следы кишечной палочки, золотистого стафилококка и плесневых грибов рода Aspergillus. Органолептика нарушена кардинально — продукт абсолютно испорчен.

— А если по-русски?

— Прокис ваш супчик. Но никаких посторонних фармакологических препаратов, ядов или токсинов не обнаружено. Вообще. Проба чиста.

Именно эти слова и заставили Рыбака выдохнуть с облегчением, которое Ася услышала в трубке. Не бульон стал орудием убийства. Лидия Семеновна не отравительница, и ей вполне можно доверить Алису, раз уж она сама этого хочет. Обидно, конечно, что рухнула такая удобная версия, но в работе детектива подобные вещи случаются сплошь и рядом.

Он рассказал Кристине о результатах экспертизы.

— Понятно, — сказала она. — Я в суд собираюсь. Поедешь со мной?

Иван кивнул:

— Конечно.

Зал заседаний был не таким, как в кино, — тесным, душным и насквозь пропахшим старым деревом. Яркий луч осеннего солнца, пробивавшийся через высокое запыленное окно, высвечивал кружащиеся в воздухе частички пыли. Ася сидела на неудобной скамье, сжимая в ледяных пальцах подол юбки. Ей казалось, что все здесь: и давящие стены, и государственный флаг в углу, и массивный стол из темного полированного дерева, который возвышался на небольшом подиуме, словно неприступная крепость, — уже заранее вынесли ей приговор.

В зале присутствовали немногие. Прямо за спиной Ася прямо-таки физически ощущала два мощных источника энергии. Справа — Кристина, сидевшая выпрямившись, как струна, слева — Иван с хмурым, непроницаемым лицом и сведенными скулами, единственным признаком внутренней бури, которую он с таким трудом сдерживал.