Книга Да, господин депутат, страница 48 – Роман Путилов

— И через сколько на свободу «выйдут» те, кого посадили?

— Да какая разница? Десять, двенадцать лет, может быть там еще сроки добавят.

— Нет, мне ничего не надо, забирайте машину, я не хочу ее видеть. У меня сейчас все хорошо и хочу, чтобы так все оставалось.

— Послушайте, если вы боитесь тех, кто «присел», то поверьте, они у вас на пороге не появятся. Это сейчас они молодые, спортивные и дерзкие, а из лагеря выйдут, в лучшем случае, дядьками лет сорока, тихими, не совсем здоровыми и думающими, над последствиями каждого своего слова или поступка. Это будут совсем другие люди, вам не стоит даже думать о них, считайте, что их больше нет.

— Вы мне можете пообещать, что я в своей жизни не увижу никого из этих людей? — мужчина просто впился глазами в меня: — Можете мне это гарантировать?

— Да нет конечно, откуда я могу это знать точно. Может быть вы через двадцать лет с кем-то из них случайно…

— Все, разговор окончен, я не хочу иметь никакого отношения к этой машине! Убирайте ее от моих ворот.

— Послушайте, но я же не могу просто так ее забрать. — я тяжело вздохнул, разговор меня утомил: — Не нужна машина, тогда назовите цену, завтра съездим в ГАИ и ее переоформим.

— Сто тысяч рублей. — отчеканил мужчина.

— Вы что, смеетесь? — возмутился я: — Да у нее одно колесо, наверное, столько сейчас стоит.

— Сто тысяч рублей было указано в договоре купли-продажи, когда я ее покупал. Я хочу за нее сто тысяч рублей и больше никогда не видеть ни ее, ни вас.

Ну да, договора с их смешными ценами, которые якобы помогали уклоняться от уплаты излишних налогов — это такая загадочная вещь этого времени, доставшаяся по инерции от СССР, хотя я не знаю ни одного налога, который зависел бы от этих цифр.

— Хорошо. — мне уже все надоело: — Несите паспорт, пишите расписку, сто тысяч я вам дам не сходя с места. Завтра с утра встречаемся и едем в ГАИ, переоформляем машину и больше меня и ее вы не увидите.

Окошко в воротах с грохотом захлопнулось и мне осталось только надеяться, что человек действительно пошел за паспортом.

Город. Сердце Города. Здание мэрии. Кабинет председателя комиссии Городского совета депутатов по противодействию преступности и коррупции.

— Таким образом, комиссия рекомендует, в условиях закрытия медицинских вытрезвителей, использовать для подбора пьяных на улице частные медицинские организации, в качестве основной деятельности, заявляющие оказание платной медицинской помощи в состоянии алкогольного опьянения и выведения из запоев. — я захлопнул папку и обвел собравшихся на заседание лиц, в том числе и журналистов.

— Павел Николаевич, а не кажется вам, что ваше предложение несколько радикально и противоречит множеству законов Российской Федерации, в частности, Конституции? — вальяжный дядя в хорошем костюме, как бы не мой коллега из комиссии Горсовета по градостроительству, победно оглядел просторный кабинет: — Большевизмом и экстремизмом попахивает, просто смердит. Как вы заставите работников частных фирм подбирать алкоголиков на улицах?

— Я считаю нарушением Конституции то, что люди, в условиях сибирской зимы, замерзают на улице или обмораживаются, становясь инвалидами, с ампутированными конечностями.

У нас закрылись «на ремонт» два последних вытрезвителя. А экипажей «скорой помощи» на линию выходит столько, что не успевают оказывать своевременную помощь экстренным больным. А тут имеет место врачи, специализирующиеся именно на работе с алкоголиками или просто сильно пьяными людьми, машины, спецаппараты, капельницы и прочий «полный фарш». В конце концов, эти частные доктора по закону обязаны оказывать медицинскую помощь человеку, оказавшемуся в критическом состоянии. Почему, вместе с лицензией на право зарабатывать неплохие деньги, эти частные структуры не могут взять на себя немного социальной ответственности. В качестве примера предлагаю взять работу адвокатского сообщества. Адвокаты — вполне себе коммерсанты от юриспруденции, но дважды в месяц, условно, они сидят на телефоне, готовые, по заранее установленному графику выехать в отдел милиции, оказывать юридическую защиту по смешным государственным расценкам, которые можно считать просто благотворительностью. Кстати, никто не мешает адвокату, оказывающему «бесплатную» юридическую помощь, в рамках, закрепленных государством, позднее, заключить с клиентом договор на оказание юридической помощи, то бишь, защиту, по вполне коммерческим расценкам. Так и эти врачи, подобрав человека с улицы, вполне могут заключить с его родными договор на оказание наркологической помощи, выведение из запоя или еще какие платные услуги. Но, человек будет спасен, не будет похорон или инвалидности.