Книга Последний гость номера 313, страница 108 – Алеся Кузнецова

— Доброе утро, Эштон, — бархатным голосом произнес Саид, останавливаясь у стола. — Надеюсь, ночь принесла вам смирение. Поверьте, это лучшая цена, которую вы могли получить за эти… исторические руины. И я делаю это только в память о своем старом друге Омаре.

— Конечно. Все, что происходит с нами, стоит научиться принимать, как свою судьбу. Кажется, так вы мне говорили?

В эту минуту в комнату вошли мы.

Я — в своем лучшем платье-футляре с фирменной улыбкой директора. Вадик — с синей папкой в руках. И Марина — в темно-синем костюме.

Улыбка Саида аль-Мансура дрогнула и медленно сползла с лица. Его юристы напряглись. Радж Патель выронил золотую ручку, которая с глухим стуком покатилась по полированному дереву и упала на ковер.

— Какого дьявола? — прошипел Саид, теряя все свое восточное благородство. — Эштон, что эти люди делают в вашем кабинете? Моя служба безопасности доложила, что…

— Что ваша служба безопасности их ликвидировала? Или что они гниют в местной тюрьме по сфабрикованному обвинению? — вежливо уточнил Эштон, присаживаясь во главе стола. — Боюсь, ваши люди вас разочаровали, Саид. Как и вы разочаровали меня.

— Это возмутительно! — взвизгнул Радж Патель, покрываясь испариной. — Мистер Кэролл, эти люди — преступники! Они ворвались в ваш отель, они…

— О, замолчите, Радж, — внезапно раздался голос из угла.

Лоренцо де Лука изящно поднялся с кресла, которое позволяло оставаться ему незамеченным до этого, поправил свой идеальный галстук и подошел к Эштону, встав по правую руку от него. Итальянец посмотрел на них с брезгливой жалостью.

— Сеньор аль-Мансур, мистер Патель, — Лоренцо развел руками с истинно римским драматизмом. — Вы, должно быть, думаете, что я спал этой ночью. Но я работал. Я перевел те занимательные схемы, которые госпожа Шторм и майор Тифлисов оставили в 313-м номере. Как честный профессионал с безупречной репутацией, я всегда играю на стороне того, кто нанял меня первым. А первым был мистер Кэролл. Радж, ваши офшорные счета и откаты от поставщиков — это просто позор для аудита. Вы воровали так топорно, что мне физически больно на это смотреть.

Патель пошатнулся, хватаясь за край стола.

— Ты уволен, Радж, — не повышая голоса, сказал Эштон. — Но не выйдешь из здания до приезда полиции. Правда, твои махинации — это ничто по сравнению с тем, что мы собираемся обсудить сейчас.

Саид аль-Мансур выпрямился. Его глаза сузились, превратившись в две черные, опасные щели.

— Ты переоцениваешь свои силы, мальчик, — процедил миллиардер, забыв про вежливость. — Что мне слова какого-то аудитора и пары авантюристов? Я раздавлю этот отель судами. К вечеру банк заберет его за долги, а этих всех депортируют. Это, если им повезет.

Я взяла у Вадика из рук папку и шагнула вперед. Копии документов Марьям легли прямо поверх распечатанных договоров о продаже.

— Не заберет, — я с наслаждением посмотрела в глаза Саиду. — Потому что долгов больше нет. И сделки тоже не будет. Знаете, Саид, как генеральный директор строительной компании, я всегда говорю: никогда не экономьте на архивариусах и хороших юристах. Марьям аль-Хаддад была блестящим юристом. У нее каждая бумажечка подшита на свое место.

При упоминании этого имени Саид вздрогнул, как от удара хлыстом.

— Да, — кивнула я, доставая из папки остальные копии кадастров. Оригиналами мы, конечно, не стали рисковать. — Марьям поняла, что вы сделали двадцать лет назад. А вы ведь не просто подстроили смерть Омара и Элис Кэролл. Вы подкупили чиновников и перенесли пограничные столбы ровно в то же время. Половина вашей сверкающей башни, Саид, юридически стоит на земле, принадлежащей Эштону. Вы не монополист. Вы — вор, который построил свой замок на чужом фундаменте. И здесь, в этих бумагах, лежат все доказательства, со старыми подписями и банковскими переводами, которые это подтверждают.