Книга Тень княгини, страница 164 – Алеся Кузнецова

Анна ловила себя на странной, новой мысли: она ехала сейчас не для того, чтобы запереться, спрятаться от сплетен, рейтингов и собственного разбитого лица. И не потому, что хотела забыть лица Родиона и Снежаны, когда в павильон ворвалась милиция. И даже не для того, чтобы обдумать предложение возглавить отдел на телевидении, если ей хватит времени и на авторскую программу.

В этот раз она не ехала в укрытие.

Она ехала домой.

И скоро машина въехала во двор небольшого дома у реки с залатанной крышей. Солнце уже лениво скатывалось в густую дубраву, а окраина деревни встретила их оглушительным стрекотом цикад, запахом прибрежной сырости, прибитой вечерней росой травы и зреющих яблок.

По дороге они заезжали в замок Амброжевских, и Эва вынесла им с кухни шарлотку с корицей и яблоками из сада. После стерильного напряжения студии, где пахло пластиком, перегретым металлом и чужими амбициями, этот запах казался невероятно живым и настоящим.

Марк вышел из машины, заглушил мотор и долго смотрел на покосившийся деревянный сруб, на темный силуэт кургана за рекой и огромный серый валун, наполовину ушедший в землю у старого пня.

— Здесь я пряталась, когда была совсем маленькой, — тихо сказала Анна, подходя к нему со спины.

— А теперь? — Марк повернулся, глядя на ее тонкий шрам, который в мягких лучах заката казался розоватой нитью.

— Теперь, кажется, нет нужды больше прятаться.

Сзади хлопнула дверь внедорожника. Во двор размашистым шагом вошел Савицкий. Оглядев заросшее по краям подворье, которое совсем не изменилось за одни сутки, он критически поскреб затылок и глухо буркнул:

— Траву покосить надо. Коса в сарае. Ну что, Демидов, посмотрим, как ты справишься с нашими технологиями, которые мой неграмотный дед освоил лет в девять. Интересно, осилит ли твой искусственный интеллект нашу ручную сборку.

Марк чуть приподнял брови. В его глазах промелькнул азартный огонек.

— Федор говорил, что ты парень с непростым характером, Олег. Но, если что, у меня тоже был дед. Вызов принят.

Савицкий хмыкнул, направляясь к багажнику за вещами Анны.

— Коса ошибок не прощает. Это тебе не искусственный интеллект перевоспитывать на серверах. Здесь дислайк на ответ не поставишь. Если что не так пойдет — ногу срежешь, и привет.

Анна проводила их глазами и не спеша подошла к старому сараю. Марк уже открыл тяжелую деревянную дверь, изнутри потянуло сухой пылью и старым сеном. Она остановилась у самого порога — не заходя внутрь, застыв точно на границе угасающего вечернего света и глухой сарайной темноты.

Марк протянул руку, нащупал в углу старое косовище и потянул инструмент на себя. Лезвие — длинное, серое от времени — случайно звякнуло о дверной косяк.

В этот же миг прямая стрела закатного солнца прорезала щель в крыше, ударила по металлу и ярким, ослепительным бликом полоснула Анну по лицу. Точно по шраму у виска.

Под блузкой, прямо на груди, невыносимо, обжигающе нагрелся кулон-ладья.

Окружающий мир дрогнул. Звуки начали стремительно менять свою природу. Сухой металлический звон косы перетек в легкий звон литого золота. Пыль старого сарая обернулась едким, горьковатым дымом дубового очага. Шелест травы под ветром стал стуком сотен ног по утоптанным дубовым доскам. А догорающий полесский закат рассыпался на сотни дрожащих, багровых огней факелов.