Книга Тень княгини, страница 125 – Алеся Кузнецова

Он загонял хаос в алгоритмы.

— Аня — наконец произнес он совсем другим голосом.

Стук клавиш затих. Марк словно откинулся на спинку кресла там, в своем застекленном минском кабинете.

— Ты сейчас где?

Она машинально подняла глаза. С вершины холма Ясельда казалась почти черной. Сырой ветер шевелил жесткие стебли зверобоя у ее ног, заставляя кутаться в привезенный Юлей плед.

— Я же сказала, в деревне. В доме своего детства. В получасе ходьбы от замка. На машине, конечно, быстрее. Но я больше за руль не планирую садиться. Федор с Олегом пока подвозят.

— Там красиво? — спросил он тихо.

И в этой непривычной, нерабочей интонации, пробившейся сквозь помехи связи, Анне вдруг почудилось то, чего она ждала и боялась все эти пять долгих лет. Безусловное, оголенное присутствие человека, который смотрит не на экран телевизора, а на нее саму.

— Красиво, — Анна сглотнула подступивший к горлу ком, упрямо расправляя плечи перед серым бескрайним простором. — Болота дымят сизым туманом. Небо висит так низко, что, кажется, его можно задеть рукой. А река Ясельда здесь делает очень крутую, ломаную петлю, будто пытается обогнуть массивную каменную гряду. Знаешь, с вершины холма кажется, что вода свивается в тугой узел. Вокруг камыши, дубы-одиночки и тишина. Такая глубокая, что слышно, как время шуршит в траве. Чуть правее этой петли, у самой кромки Дикого болота, стоит серая изба с замшелой крышей. Мой дом.

В трубке снова послышался короткий, приглушенный шорох.

— Подожди Ломаная петля, — Марк заговорил тише, и Анна услышала, как он снова приблизил к себе планшет, открывая спутниковую карту с рельефом местности. — Если это тот радиус, который я думаю Да. Вижу. Полесский изгиб. Аня, я прямо сейчас вывел на экран карту. Я нашел твой дом. Смотрю на него сверху. Из космоса.

Анна не выдержала и сухо, коротко рассмеялась, качнув головой.

— Господи, Демидов Ты невыносим. Даже здесь, на глухом рубеже, ты умудряешься превратить меня в цифровую точку на своей панели. Расслабься. Твой космос меня не видит: крыша у избы слишком плотная. Да и я сейчас не в доме.

— А где?

— Сижу на самом высоком холме, в том месте, где Ясельда закручивается обратно к лесу. Почти на самой вершине. Здесь сосны молодые и связь ловит ровно на одно деление.

— Холм — Марк на секунду замолчал, и стрекот клавиатуры сменился тихим шуршанием сенсорного экрана. Наверное, он приближал масштаб, вглядываясь в топографический слой местности. — Вижу петлю. И холм вижу. Необычный холм, Аня. Слишком правильная форма для обычного холма. Почти круглая насыпь, резко поднимающаяся над болотной низиной. Природа так не строит.

Анна опустила взгляд на свою ладонь, где в полумраке туманного утра яростно скалилось тяжелое волчье кольцо.

Земля под ее ногами, укрытая сухим зверобоем, казалась горячей, несмотря на сырость.

Курган.

Огромный курган из ее сна.

Курган, который Ратибор насыпал ради своей Дары. Гора, выросшая из вековой памяти и страшной, первобытной любви, которую не смогло стереть время.

— Да, Марк, — гортанно, с глубоким выдохом произнесла Анна, чувствуя, как внутри окончательно замыкается невидимый контур. — Идеально правильной формы. Природа так не строит.

Донна ворочалась на узких деревянных досках своего ложа, слушая, как за тонкими бревнами перегородки, в княжеских покоях, точно так же не мог уснуть Ратибор.