Книга Голоса в комнате эхо, страница 193 – Влада Ольховская

— Что будет сегодня? – спросил профайлер.

— В смысле, казино? Да те же игры, под конец, возможно, кто-то попробует поиграть на третьем уровне, иногда бывает шоу…

Снова многословие, на этот раз быстрее, эмоциональней, чем следовало бы… плохо.

— Что будет сегодня? – повторил Матвей, бесцеремонно перебивая собеседника.

— Я уже сказал!

— Ты слишком торопишься, и что-то мне подсказывает, что ты сейчас не в зал вернешься.

— Конечно, я вернусь не в зал – я же согласился с тобой сотрудничать, я не хочу, чтобы меня разоблачили!

— Ты спешил и до этого.

— Я просто устал, я был против того, чтобы сюда пускали чужих – и, вот, оказался прав! Уйди с дороги.

— Нет. Мне нужно знать, что будет дальше.

Это в план Тимура явно не укладывалось, он попытался изобразить буйное недовольство и оттолкнуть Матвея с пути. Не получилось, конечно: Столяров был крупнее и сильнее многих в своем окружении, и это его избаловало. Теперь же он столкнулся с противником, который моложе, да еще и лучше подготовлен. Просто сдвинуть профайлера в сторону, как крайне несговорчивую дверь, было проблематично.

Матвей ждал, что будет дальше. Тимур Столяров по типажу переговорщик и стратег, ему не нравится хаотичное насилие. Сообразив, что первый план сорвался, он должен был как можно скорее подготовить второй – а он попытался устроить драку! Вот так глупо, нагло… Так он ведь не избить Матвея хотел, а просто прорваться мимо него!

Значит, причина, по которой он смотрел на часы, пугает его. Как же это паршиво…

Профайлер сделал вид, что подался назад от изумления, а когда Тимур попытался воспользоваться этим и ударить его, перехватил руку противника, вывернул, резко дернул на себя. Как он и ожидал, Тимур не удержал равновесие, начал заваливаться вперед. Матвей еще и толкнул его в нужную сторону, повалил на крышу, сам остался над ним, придавив его спину коленом, так, чтобы противник и дернуться больше не мог.

— Пусти! – процедил сквозь сжатые зубы Тимур. – Ты ни хрена не понимаешь!

— Что должно произойти?

— Нужно сваливать отсюда, об остальном поговорим потом!

— Что задумали Сергеевы?

Тимур, до этого отчаянно рвавшийся, от неожиданности даже застыл, попытался повернуть голову, чтобы посмотреть на Матвея – будто проверить хотел, насколько тот вменяем.

— А при чем тут вообще Сергеевы?.. Нас убьют не они!

Роль просто отвлекающей всеобщее внимание куколки Таису не устраивала, но болтать об этом она не собиралась. План они обговорили заранее, она согласилась, и переигрывать все самостоятельно, не предупреждая остальных, было опасно – да и подло, если совсем уж честно. Поэтому она планировала сделать то, чего от нее ожидали.

Но она ведь не обещала, что будет заниматься таким весь вечер!

Изображать дуру сложнее, чем многие думают. Тут очень легко сорваться в смущенную комедию, сыграть представление о человеке, а не самого человека. Особенно если в теории тебе дурой быть вроде как не полагается. И тогда вместо того, чтобы усыпить бдительность окружающих, можно получить обратный эффект: они заинтересуются тем, почему ты вообще притворяешься, и будут присматриваться к тебе внимательней.

Поэтому Таиса даже не пыталась имитировать глупость как таковую. Если ей доводилось начать с кем-то разговор, она общалась точно так же, как в любой другой ситуации. Таиса просто сместила приоритеты: несложно было догадаться, что ее интересует не расследование и даже не азартные игры. Ей были куда любопытнее богатые мужчины, собравшиеся в зале, и это объясняло, почему она крутится рядом с ними, болтает без умолку и то и дело показывает, что кольца у нее на пальце нет. Таиса старалась быть понятной, той, кого не стоит опасаться, с кем легко и радостно. Сработало не сразу – те, кто надо, знал про нее слишком много. Но постепенно даже братья Сергеевы, не сводившие с нее глаз, перестали хмуриться. Вряд ли они сами заметили, что, так много времени уделяя Таисе, они едва ли представляли, чем в этот момент заняты Матвей и Гарик.