Книга Враг тайный, страница 166 – Александр Гулевич

— Полковник, я после нашей с вами встречи направился в Департамент градостроительства и в архиве нашел чертежи старых коммуникаций, благодаря чему мне удалось вычислить месторасположение тоннеля и через него попасть в автоматическую станцию и включить ее, но на обратном пути за нашими спинами что-то бахнуло, после чего тоннель стал стремительно обваливаться. Я так понимаю, это вы дверь, ведущую в тоннель, подорвали, в результате чего и произошел обвал. Если бы вы не поспешили, то все было бы проделано тихо и незаметно, но теперь об этом не может быть и речи, хорошо, если сутки продержимся, башню просто расстреляют из артиллерии, пока от нее не останутся горы битого кирпича и камня. Эх, полковник, поспешили вы… – с разочарованием отозвался Алексей, понимая, что теперь ему деваться некуда, все пути возможного отхода были наглухо отрезаны, и во многом он был виноват сам, сразу не обговорив с полковником условия совместных действий. – Хоть расскажите, как вам-то удалось башню захватить.

— По вашему же совету дело и провернули, проследили от башни, куда направляется грузовик, на котором продовольствие привезли, и уже там подсуетились. Выяснили график поставки и, когда они собирались отправлять новую партию, подсыпали лошадиную дозу снотворного в бочку с водой, а спустя три часа мы просто вошли в башню и взяли ее в свои руки. Нашли место, где находился замурованный спуск в подземный тоннель, разбили стену и, спустившись, обнаружили запертую стальную дверь, которую мы и подорвали, – не скрывая гордости за сделанное, ответил Левантин, всем своим видом демонстрируя нежелание принимать в свой адрес какую-либо критику.

— Полковник, вы видели, что башню окружают и подтягивают полевую артиллерию? – хмуро взглянув на Левантина, поинтересовался Алексей нейтральным тоном и, увидев его реакцию, мгновенно осознал, что на сей раз он вляпался в совсем уж гибельную историю.

— Нет, еще не видел, но сейчас схожу на наблюдательную площадку и посмотрю.

— Полковник, мать вашу так! Бегом наверх и приказывайте своим людям открыть огонь из тех орудий, которые установлены на башне, или вы действительно возомнили из себя сакральную жертву? Так я поспешу вас разочаровать, не выйдет из вас никакой сакральной жертвы, потому как по-дурацки все сложилось, но уж как есть. С башни хорошо видны позиции, на которых собираются устанавливать орудия, так что вперед и с песнями громить врага первыми и не дожидаться, когда они нас опередят, – рявкнул Алексей, не выдержав такого расслабленного состояния полковника, совершенно неуместного в складывающейся обстановке.

— Как вы смеете?! – взревел Левантин, хватаясь за револьверную кобуру.

Ругнувшись, Алексей подскочил к полковнику, от всей души ударил раскрытой ладонью по лицу, резко заломив руку за спину, прижал Левантина к стене и с яростью прошипел:

— Только тронь ствол, шею сверну на раз. Если такие полковники в Генеральном штабе обитают, то нет ничего удивительного в том, что гальзианская политическая разведка чувствует себя в столице Империи Астара как дома. С подобными титанами мысли, как вы, полковник, и не такие неприятности приключаются. Поймите же, наконец, это не игра, никто живым из этой башни не уйдет, мы тут все поляжем, а раз так, то помирать надо с музыкой, да чтобы обыватели Астариума надолго запомнили наш последний бой. Вперед, полковник, это есть наш последний и решительный бой!