Книга Альфонс, страница 19 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Бродил я довольно долго — посёлок оказался даже больше, чем я думал. Пора было возвращаться — тени становились все длиннее, время двигалось к вечеру. Я развернулся и направился обратно к дому, чувствуя приятную усталость в теле. В голове было много мыслей о том, что и как делать завтра, о встрече с отцом Айи, о том, как наладить с ней отношения.

Войдя во двор, я увидел, что Харун уже закончил работу и, сложив инструменты, греется у тлеющих углей. Костер почти прогорел и не давал жара, потому Харун тянул руки к теплу. Я отметил про себя, что нужно будет поинтересоваться в каких условиях живут рабы и не нужно ли заставить их утеплить собственные хижины. Просто вспомнил, какой щелястой была моя собственная «будка». И ведь никто кроме меня не попытался улучшить условия. Ладно, завтра загляну…

Айя уже ждала меня, накрыв на стол скромный ужин. Она была все так же молчалива и покорна, но в ее взгляде мелькнула какая-то тень, которую я не смог разгадать.

После ужина мы снова легли в постель. Секс был вялым и безэмоциональным, словно исполнение супружеского долга людей, проживших вместе лет тридцать. Айя не проявляла никакой инициативы, позволяя мне делать все, что я хочу. Это, конечно, льстило моему самолюбию, но в то же время вызывало какое-то странное чувство неудовлетворенности. Чего-то не хватало, какого-то огонька, искры, да просто — её желания…

* * *

Я проснулся рано утром оттого, что Айя встает с кровати. Когда я вышел вслед за ней на кухню, то увидел там шамана. Он сидел за столом, в полумраке, не разводя огня и задумчиво раскладывал какие-то травы и коренья. Лицо его было серьезным и сосредоточенным, словно он решал какую-то важную задачу. Я остановился возле него, не решаясь прервать его размышления.

— Доброе утро, — наконец сказал я, стараясь придать голосу как можно больше бодрости.

— Доброе, — коротко ответил он, не отрываясь от своего занятия. — Рано ты встаешь, Макс.

— Рано? Как по мне, нормально, — пожал я плечами. — Чем занимаетесь?

Шаман вздохнул и, наконец, оторвался от трав. Он медленно обвел взглядом меня и Айю, которая молча встала у очага, и проговорил:

— Заговор готовлю, от всех невзгод.

— Заговор? Интересно, — протянул я, присаживаясь напротив. — А от каких именно невзгод? Болезни, неурожай, злые духи?

Отец Айи усмехнулся:

— От всего сразу, Макс. Особенно от болезней. Сейчас время такое. Люди слабеют, духи злятся. Защита нужна.

— А что, часто болеют? — спросил я, стараясь завязать разговор.

— Болеют, — уклончиво ответил шаман. — Духи гневаются чаще обычного.

— А что это за травы? И от чего они?

Старик снова вздохнул, словно моя назойливость ему порядком надоела. Он неохотно ткнул пальцем в кучку сушеных листьев.

— Вот здесь — от жара, — проскрипел он, — кора особая, только в болотах растет. А вот здесь — от живота, когда крутит. Змеиная трава, её немного надо, она ядовитая.

— Они одинаковы? — я внимательно рассмотрел траву, на которую он указывал. И если честно… не увидел никакой разницы.

— Это… разные травы, — недовольно ответил он. — От разных болезней.

Я покивал, делая вид, что верю каждому его слову, хотя понимал, что передо мной — идентичные кучки, одинаковые по цвету, размеров и формы листьев. Никакой разницы здесь не было.