Онлайн книга «Тьма у трона»
|
«Иди к нам. Ты наш. Ты наш», – зазвучал затертый до дыр призыв. «Сюда! Сюда! Сюда! – приказал он. – Ко мне! Я жду вас!» Они хлынули в него черным потоком. Большие и маленькие, круглые и когтистые, суетливые и вальяжные. Лошадь неслась вперед, и с обочин дороги срывались все новые черные стрелы. Входили в него, не причиняя вреда, – снедающий его беспокойный жар мало чем отличался от знакомого чувства тьмы в венах. Жалобное ржание. Лошадь что-то чувствовала, но ничего не могла поделать, еще бессильнее, чем он сам. Быстрее, быстрее, быстрее! Облако скрыло луну, погрузив дорогу во мрак еще гуще прежнего. Покрывший шкуру лошади белый налет он скорее ощущал, чем видел. Когда в тебе так много тьмы, ты чувствуешь приближение смерти. Алексей сжал зубы и снова подстегнул лошадь, заставляя мчаться еще быстрее, хрипеть еще надсаднее. Хороших лошадей не загоняют, но что такое жизнь пары лошадей, когда на другой чаше весов – император? Что такое – его собственная? Быстрее, быстрее, быстрее! Тучи разошлись. Следующее торчащее здание. Снова: постоялый двор, брошенная лошадь, яростный стук в дверь. Скорее, скорее, скорее! В лужице талого снега у порога он увидел свое отражение: смертельно бледный человек со страшным лицом. Черный плащ, черные волосы, вспухшие черные вены, черные, как ночь, глаза. Дыхание со свистом рвалось из груди. В боку кололо. Тело горело. Третья лошадь. Чуть-чуть, совсем чуть-чуть, уже недалеко! Он должен успеть. Пожалуйста. Ну пожалуйста… Бесы на дороге теперь не тянулись к нему, а разлетались из-под лошадиных копыт, как брызги из лужи. Он был до того полон тьмы, что, наверное, казался им грозным сородичем, разломной тварью, которая сожрет их и не поморщится. Мало. Нужно больше. Если он хочет бросить вызов судьбе, отвести занесенный клинок, встать на пути ревущего шторма – нужно больше. Он зарычал, и бесы рванулись к нему, истошно шипя, будто притянутые магнитом. В груди полыхало пламя, в легких бурлила ночь. И он мог – он должен – он успеет. Скорее, скорее, скорее! Не позволять страху взять верх. Не думать о страшных картинах, рисуемых воспаленным разумом. Не задыхаться при мысли, что злые и несправедливые упреки могут стать последними словами, которые он услышит от своего императора. Алексей вспомнил, как увидел его впервые: сотканного из света, осколок Бога в человеческом обличье. Вспомнил вечер в церкви – запах воска и мягкое «но ты вовсе его не лишился». Всю надежду. Всю веру. Весь свет. Скорее, скорее, скорее! Он должен успеть. Прохладная ладонь на лбу. Он должен успеть. Сияющий луч в руке. Он должен успеть. «Все эти годы ты служил мне именно так, как должен служить рыцарь своему сеньору». Он должен успеть. Он успеет. Скорее, скорее, скорее! Лошадь снова хрипела и задыхалась, но он понукал ее только отчаяннее. Копыта барабанили по земле яростным градом. Он уже видел очертания домов, свет на заставе. Если бы только он смог промчаться сквозь это проклятое укрепление, протаранить, смести со своего пути, как ветхую рухлядь… Но нет, это не под силу даже ему. Алексей натянул поводья, и лошадь, истошно заржав, взвилась на дыбы. Он вцепился в ее гриву, чтобы не вылететь из седла, и, когда копыта снова бухнули о землю, соскочил и бросился вперед. Заорал: |