Книга Миссия попаданки: выжить в роли злодейки!, страница 40 – Ли Лит, Лека Стар

— Успокойтесь, — голос Инхуа потонул в мощном звуке:

— Ты испортила мой ужин?! — Шуйсян подпрыгнула и бросилась.

— Держи дистанцию! Эту войну неприятной еды начала ты!

Уворачиваясь, Цияо выставила ногу, о которую Шуйсян запнулась. Её полёт короткий, ярким благодаря слоям одежды высшего качества и, к усладе, громким, со столбом пыли.

Два коротких вскрика. Один от Моли, другой от Шуйсян, которая с затяжным началом зарыдала, дёргаясь.

Довольная усмешка Цияо дополнялась, хихиканьем. Тихий смех скорее походил на перезвон или удары мелких камешков. Вроде есть, а вроде незаметно.

Цияо завертела головой, пытаясь найти источник. Но громкая Шуйсян не давала точно определить место.

Белый «хвостик» мелькнул между каменных ваз, наполненных водой с небольшими статуэтками бабочек, стрекоз и лягушки.

— А!

— … — Цияо только и почувствовала удар в живот и таран, поваливший её на твёрдую каменную дорожку.

Красная, растрёпанная, в пыли Шуйсян кричала, усаживаясь и занося руку для удара.

17. Раздача наград

Ну, кто в здравом уме будет лежать и ждать удара? Кто-нибудь, но Цияо, сниза своего положения, нанесла чёткий удар кулаком в челюсть Шуйсян. Вскрикнув, та схватилась за ушибленное место, теряя устойчивость положения и занимающую позицию.

Скинув с себя ношу, Цияо поднялась, откинула волосы, тряхнула рукавами, закатывая их, и покачала головой.

— Рано не радуются, — шумно выдохнула она.

Шуйсян роняла слёзы, держалась за саднящее место, а именно за скулу, оглядывалась на шокированных присутствующих и продолжала сидеть на земле. Ей не хватало только забрыкать ногами и в голос зарыдать, да так, чтобы весь Запретный город узнал о случившемся.

— Как ты посмела?! — истошно закричала Шуйсян и ударила пяткой по плите, служащей частью длинной и нехитрой дорожки.

Она и правда в голос зарыдала.

Всё теперь точно каждая букашка будет знать, что Благородная супруга-тигрица мало того, что принижает и ни во что не ставит наложницу Шуйсян, так она ещё её и избивает!

— Ху Цияо, ты не должна её бить, — Инхуа поспешила к Шуйсян.

— Да, да, — протянула Цияо, — должна ждать, когда меня изобьют. Тогда ваши души испытают облегчение и радость? Думаю, да.

Это же понятно и без раздумий и долгих разговоров: если бы Шуйсян отвесила несколько хороших пощёчин, никто бы ни слова не сказал наложнице, зато после трепали ситуацию вдоволь, смакуя унижение ненавистной тигрицы. А тут наоборот, тигрица одержала вверх. Вот её надо устыдить и наказать.

— Бить кулаком человека — неприемлемо! — Инхуа посмотрела на Цияо снизу, присев перед Шуйсян.

— Это ты — терпила, — усмехнулась Цияо. — Ты можешь терпеть колкие замечания и унижения, улыбаясь в ответ и мило поддерживая разговор, в душе скалясь и мечтая о расправе. К твоему сведению, это лицемерие.

Шуйсян взвыла, подскочила, бросилась на Цияо и грузно рухнула к её ногам.

— Что ты, не стоит приносить таким образом извинения за ложь, которую ты разнесла после отказа Его Величества отужинать с тобой, — Цияо приподняла уголки губ в улыбке.

Напомнить. При каждом удобном случае припоминать об ответном ударе с едой. А ведь удачно Лин Сяо отодвинул ужин с наложницей и поставил разборки с ненавистной тигрицей. Это контрудар по всем фронтам.

— Сестра, ты в порядке? — не к месту поинтересовалась Моли, медленно подходя.