Книга Женщина, создавшая короля. Книга 1, страница 22 – Ким Чжи Ын

– Выбирай.

Образ У всплыл в памяти сам собой. Тогда он тоже принес целую гору сладостей, и она, ошеломленная, не могла сдержать восторга.

– Сладости или я?

Вроде бы это прозвучало как шутка, но в глубине его карих глаз читалась неподдельная серьезность. Соха сразу поняла: в вопросе звучала и доля правды. Вместо ответа она лишь молча обняла его.

– Мне вдруг захотелось накормить тебя изо рта в рот.

Шутливый поцелуй затянулся, и вся игривость бесследно растаяла. Девушка уже не помнила вкус сладостей. Осталось лишь воспоминание о нем – о человеке, чьи поцелуи были мягкими, но обжигающими, чьи объятия дарили покой, но лишали дыхания. Единственный человек в этом мире… Тот, по кому ее душа тосковала до боли.

Соха усмехнулась. С ним действительно все хорошо, как и сказал Мён? Жив ли он вообще? Зажили ли его раны после того дня? А что с самой глубокой раной на груди – той, которую нанесла она?

Соха хотела знать. Хотела спросить тысячу раз. Но ответа она никогда не получит. И потому она изо всех сил терпела эту боль, как кару за свои грехи, даже когда грудь готова была разорваться от крика.

Глубокий вдох. Еще один. Ноги едва держали ее, и тут вдруг она ощутила легкие и успокаивающие постукивания по спине.

Хлоп-хлоп-хлоп.

— Вы в порядке?

Соха не обернулась, просто отстранилась от этой руки. Человек позади замер в нерешительности, но она не придала этому значения.

— Я принесу воды, подождите…

Не дожидаясь, пока Ворён договорит, Соха резко развернулась и зашагала в свои покои. Прошло десять лет. Она до сих пор не могла простить стражницу, преградившую ей путь тогда: в ее ушах до сих пор звучали крики умирающих, а их искаженные мукой лица никак не стирались из памяти.

* * *

Это напоминало снег. Лежа на спине и глядя ввысь, У на миг представил, что перед глазами раскинулся зимний пейзаж. Он невольно улыбнулся: зрелище поистине завораживало. Роскошные белые сливы на горных склонах осыпали землю нежными лепестками.

— Она бы наверняка обрадовалась, увидев это… – пробормотал У, бережно сжимая в ладони упавший лепесток. Каждый год в одно и то же время он поднимался в горы, чтобы полюбоваться цветением слив, похожим на снег. Десять лет прошло. Но это место оставалось таким же прекрасным.

И каждый раз на протяжении этих десяти лет У повторял одни и те же слова.

Ветер мягко шевелил его волосы, ласкал кожу. Белые сливы создавали прохладную тень. Глаза медленно смыкались.

— Кхе-кхе. – Неподалеку раздалось тяжелое прерывистое дыхание, а затем – глухие шаги по горной тропе. Донесся даже чей-то голос – то ли бормотание, то ли недовольное ворчание. «Наверное, какой-нибудь ученый муж, посвятивший жизнь чтению книг, из последних сил взбирается на гору», – подумал У. Он собирался было проигнорировать идущего, лежа и дальше с закрытыми глазами. Но звуки становились все громче. А затем вдруг стихли прямо рядом с ним.

«Кто же это так тяжело дышит, будто вот-вот упадет без сил?» – подумал У и, слегка нахмурившись, приоткрыл глаза. Перед ним стоял человек, которого он знал лучше всех. Единственный друг. И несмотря на десять лет разлуки, он почти не изменился.

Его одежда была в беспорядке, шляпа съехала набок, а лицо раскраснелось. Все в его облике говорило о том, что путь был нелегким.