Книга Обещанная медведю, страница 42 – Анна Владимирова

— Хорошенькая…

Я не дрогнул. Потому что зверь давно чувствовал запах дешевого табака, хоть она и подкрадывалась с подветренной стороны. Но, погруженный в свои мысли и воспоминания, я не позволял звериным чувствам управлять мной.

— А чего ты тут, а не с ней? – Нинор вышла с другой стороны дома Демида и поднялась по ступеням на крыльцо. – Дар, ты смотришь в сторону прошлого, пока твое будущее тыняется по твоему дому.

Я недовольно заворчал, глядя, как она усаживается на крыльце и вынимает туесок с табаком. Что мне, оборачиваться и усаживаться рядом с голым задом, чтобы ей возражать?

— Нет, голым расхаживать не надо, – ткнула она в меня трубкой, ехидно усмехаясь. – Зато ты можешь поискать прелесть от молчаливого и покорного слушания.

Я вообще-то погулять хотел, ярость сбросить на каком-нибудь поваленном дереве. Развернувшись, побрел прочь, но Нинор тут же оказалась рядом. И откуда только столько прыти? Но я не давал поблажек – шел в чащу, раздраженно сопя, а она мало того что не споткнулась ни разу, так еще и трубку умудрилась по ходу набить и подкурить! Задорная у меня бабка. С виду тронь – развалится, а даже ночью носится по лесу, будто видит, как сова.

— Слушай, ты же знаешь, что ведьмы оборотней не любят, – выдохнула она с дымом, задержавшись позади, и я не выдержал – обернулся. Нинор стояла на камне, глядя на луну, изрезанную линиями сухих ветвей. – Ну как не любят… Жить с вами трудно. Ведьмы любят свободу, а оборотни – собственники. Знаешь, сколько трагедий случилось из-за этой разницы, Дарьяр? Но кто-то будто издевается и пытается смешать не смешиваемое, как воду с маслом. Вас все равно влечет к ведьмам, хотя запрет крепнет из поколения в поколение.

Да, у нас нет своих самок. От оборотней у человеческих женщин не рождались девочки. У каждого за плечами собственная сказка о красавице и чудовище, и все они заканчивались по-разному.

Я не помню мать счастливой с отцом. Да и он не особо заморачивался отношениями с ней. Когда мы с Демидом выросли, успели скрасить последние годы ее жизни – забрали в Москву в квартиру, но она так и не могла забыть большую часть своей жизни.

Нинор уезжать отказалась. Поселилась рядом с ведьмаками, живо интересуясь их деятельностью. Солох мне однажды сказал, что она тоже ведьма. Кто бы сомневался.

— Но я знаю, Дар – ты не будешь таким, как твой отец. Потому что тебя воспитали моя дочь и я. Но скажи мне – неужели ты не можешь доказать это своей ведьме?

Я зарычал громче и принялся расхаживать из стороны в сторону. В голове взрывалась картинка, сдобренная воспоминаниями о крысином запахе – лента презервативов в моей руке. Она мне предлагает трахать ее с резиной!

Мой рев встряхнул ночную тишину леса и спугнул стаю летучих мышей биться в панике черными точками на фоне неба. Хорошо, что сейчас я не мог говорить! Нинор бы покатилась со смеху.

— Мда, – потерла она подбородок. – Вы же с ней оба из верхнего мира. Неужто не сможете договориться?

Меня достал этот ее монолог. Я развернулся и направился на поиски бревна. Но суть разговора уловил: кому-то придется идти навстречу. Ромка не пойдет. Я ей не нужен. Не так, как она мне. А моя звериная суть требует медового месяца, подчинения ведьмы и никаких презервативов! У меня вообще ни в какой части тела не укладывается это ее требование отгородиться от меня резиной! Но отдаленным участком сознания я улавливал ее загнанную логику – она просит дать ей знать, что я хоть как-то пойду ей навстречу, дам место для шага вперед, голос и свободу выбора. Хоть немного…