Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 85 – Анна Владимирова

Я повернул голову в сторону кареты, в которой Славу обклеивали пластырями. Колготки на ней порвались, и вся она выглядела несчастной и растрепанной. Наши взгляды встретились, и я понял, что она растеряна не меньше моего. Я все крутил в голове разговор с ее матерью, выдергивая из памяти обрывки фраз. Она говорила, что голодала, осталась без жилья… И что сгорело общежитие, когда давала слабину и открывала чувства перед дочерью.

Я нашел в кармане брюк ее визитку и набрал номер. Фон для разговора был неподходящим, и Маргарита сразу напряглась, едва я успел представиться.

— Что со Славой? – встревожилась она.

— А с ней тоже может что-то быть? – нахмурился я. – Вокруг меня все взрывается, Маргарита. Мне нужно ваше мнение…

— Что произошло? – задышала она чаще. В том, что взволнована, не было сомнений. – Где вы?

— Со Славой все в норме.

— Я мало что знаю, Давид, – растерянно начала она. – Но и она ведь голодала со мной и умереть от голода тоже могла…

— Ничего не поменялось между нами. Но почему стало так, я не пойму.

— Можно подробней?

Я замялся, неуверенный, могу ли доверять до конца. Но обстановка располагала доверию, потому что иначе придется признать, что я понятия не имею, что происходит. И я рассказал коротко о том, что произошло после.

— Ты отказался от должности, – предположила она неуверенно. – Это к твоему вопросу о том, почему Слава стала эскортницей. Все в нашей жизни так сложилось, что на нее велись мужчины… И я не могла уйти с этой дороги, как ни пыталась. Слабое оправдание, но… может, это имеет смысл, и отказаться от дарованного нельзя?

— Сдержит ли «ошейник»?

— Мне не у кого было просить для нее «ошейник», – напряженно отозвалась она. – Можешь попробовать.

И это тоже было правдой. У кого просить? По какому поводу? Заклятье «ошейника» – это не рецептурный препарат, просто так его не попросить ни у кого. Сразу попадешься на радары надзора за неизвестными одаренными…

Оставалось понять, почему мы попали в аварию.

— Давид, я могу вас увидеть?

Я вернулся в реальность из размышлений.

— Мне нужно ей как-то все рассказать…

— Дайте время. Я вам позвоню. Будьте на связи. У вас все нормально?

— Да, все хорошо.

— Я переживаю за Роварских.

— У них сейчас проблемы посерьезней. Поговори со Станиславой. И я жду звонка.

Было невыносимо холодно. Когда Давид подошел, меня уже колотило всю, и толстовка не спасала. А он только бросил на меня пронзительный взгляд и куда-то исчез. Но вскоре появился с теплой курткой ярко-оранжевого цвета и эмблемой спасателей.

— Не думала, что так похолодает, – зачем-то принялась оправдываться я, кутаясь в куртку. Он же видел меня насквозь. Наверняка понял, зачем я оголила ноги. Как школьница, ей богу! А почему я, собственно, не могу их оголить для него?

Наши взгляды встретились, пока он помогал мне застегиваться. Его был полон каких-то сомнений. Никогда не видела его таким.

— Что-то в участке? – тихо спросила я.

— Трое погибли, – глухо отозвался он, опуская взгляд ниже.

— Думаешь, это Роварский?

Он вскинул голову и снова посмотрел в глаза:

— Вряд ли.

— Что происходит? – Несмотря на куртку, мне стало еще холодней.

— Я не знаю.

Давид взял меня за руку и повел с места аварии. Но шли мы недолго – до первого кафе. Он завел меня внутрь теплого помещения, усадил за столик в дальнем углу и заказал чаю. И таким казался отрешенным, что я не могла и рта открыть, чтобы оторвать его от мыслей.