Книга Обещанная медведю. Вернуть ведьму, страница 75 – Анна Владимирова

Я ушел, не попрощавшись. Написал Дарьяру, что уехал и что снова прошу безопасности для Славы. И что буду должен по гроб.

Но уехать от ведьмы было нелегко. Меня будто отрывало наживую. И уговорить себя, что я скоро вернусь, не получалось. Зверь не готов был отдавать ни минуты этому ублюдку. Я так долго ждал своего счастья, а теперь вынужден растрачивать семейную жизнь на этого недомерка. Злость нелегко было контролировать. Я десятки раз срывал ногу с педали газа, чтобы сбавить скорость, но снова забывался и разгонял автомобиль.

На назначенную встречу приехал вовремя. Но ублюдок заставил ждать, рассчитывая хоть на какой-то реванш. С одной стороны, это снова было хорошим знаком. Ничем другим он меня задеть не может, только мелким пакостничеством. А с другой – я все больше раздражался. И здесь снова проволочка от инспектора пошла на пользу. Я уселся на стул и прикрыл глаза, успокаиваясь. Когда Роварский нарисовался напротив с кофе, я только приоткрыл один глаз:

— Ты точно готов, или я еще посплю? Брачная ночь, сам понимаешь, выдалась бессонной… – И я нагло зевнул.

Герхард Витович только стиснул зубы, собирая губы в нитку, и уселся напротив. Что-то он сдал. Костюм потрепанный какой-то, волосы торчком… Чего же ты так хотел от Славы, что так расстроился?

— Зря ты думаешь, что влиятельный родственник тебя прикроет, – набрал он сразу разгон.

— От тебя? – наигранно удивился я. – А есть повод?

— Есть, конечно. Перся бы я сюда так рано…

Значит, повода не было. Занятно.

— Я весь внимание. – Не терпелось начать его раскатывать.

— Это я весь внимание, – пафосно уселся он напротив. – Рассказывай, как произошло, что вещдоки ускользнули?

— Я рассчитывал, что ты умеешь читать. К делу приложен мой подробный отчет.

— Читать я умею, – процедил он. – Но мы ведь понимаем, что ты не все рассказал.

— Не понимаем.

— В твоем отчете написано, что некая пособница, личность которой не установлена, похитила документы из твоего дома.

— Ну да.

— Ты врешь, Горький, – победно сверкнул он глазами.

— С чего бы?

— Я знаю, при каких обстоятельствах у тебя сперли вещдоки. И каким образом ты выбрал мою невесту.

— Ну так приложи свой рапорт, – пожал я плечами. – Опиши свою версию, вызови своих информаторов… Ты же должен знать, как делаются подобные дела.

Становилось скучно и тоскливо. Информацию он мог узнать от матери Славы. Только с чего той ему это рассказывать? Чтобы посадить собственную дочь за решетку? Нет. Она ее жизнь устроить пыталась. И свою тоже. Помочь бросить Славу в тюрьму не может входить в ее планы – смысла нет, какой бы меркантильной и бесчувственной она ни была.

А это значило, что рассказывала она это инспектору совсем при других обстоятельствах.

Сердце застучало быстрее. Я сузил на Роварском глаза, принюхиваясь.

Расслаблен. Не потеет почти. Странно. Загнать меня в угол и поймать на перекрестном допросе должно быть приятно. Посадить за такое не посадят… Хотя… Как дело представить. На азарт точно можно наскрести эмоций, а они бы дали соответствующий запах. А от этого только алкоголем разит. И если вспомнить, что праздновал он вчера не свою свадьбу, то это можно считать запахом отчаяния.

И тут в груди забегали электрические токи предвкушения.

— Так вот как она доказала тебе работоспособность своей дочери, – медленно оскалился я, подаваясь вперед. – Все это дело – липа…