Книга Враг моего отца, страница 92 – Анна Владимирова

— И когда он понял, что награда стоит его усилий?

— Мне сложно сказать за него… Но, наверное, когда спасал меня от очередного тяжелого приступа.

— Тебя кто-то коснулся?

— Да. А его не было рядом. В общем, это стало апофеозом нашего знакомства. И он вдруг решил, что хочет меня расколдовать, — улыбнулась я.

— Уверена, это случилось не за секунду.

— Нет… Мы с первых минут очень своеобразно общались, постоянно натыкаясь друг на друга. И он тогда не знал, что меня нельзя трогать, а получалось так, что постоянно случайно касался…

— Интересно, — вытянула губы Марина, довольная ходом беседы. — Как же вы получили предложение о съемках?

— Когда мы вернулись из Мадрида, где проходили терапию, мисс Джаст предложила сняться у нее.

— Расскажи, как это было… Ты же никогда не снималась в таком кино.

— У Марики — не «такое» кино.

— Да-да, она действительно снимает очень эмоциональные фильмы, в которых своя история…

— Наша историй показалась ей стоящей отдельного фильма, хотя график съемок на тот момент был очень плотный. Это было смешно. Марика делает предложение, я округляю глаза и киваю, а мой мужчина пытается дать понять, что я не справлюсь, и это вообще не для нас. — Я сделала паузу на загадочную улыбку. — Было очень страшно. — Меня начало утягивать в те эмоции, и я поспешила дать интервьюерше новую затравку: — И у нас был всего один день на съемки.

— Один день! — натурально округлила глаза Марина.

— И один дубль, — «добила» я аудиторию.

Послышался гул в зале, потом все захлопали.

— У вас получилось, — констатировала Марина, когда аплодисменты стихли.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— Как же так вышло, что видео украли?

— Я не компетентна отвечать на этот вопрос.

— Но что ты почувствовала?

— Ничего, — ответила честно. — Мне позвонил агент утром, потом все так быстро закрутилось… Я не знаю, что чувствуют в этом случае. Понимаешь, я знала, что кино покажут, только позже. Поэтому была к этому готова.

— Ну ты же знаешь слухи, да? О том, что Марика Джаст сама разместила это видео?

— Это полная чушь… — И к этому вопросу я была готова. —  Марика планировала широкую рекламную кампанию перед участием во французском фестивале кино в ноябре, кроме того, все закреплено между нами в договорном порядке. А еще — Марика прекрасный человек и одержимая творчеством личность, она далека от подобных идей. Ей не нужен скандал, чтобы напомнить о себе…

— Вы дружите?

— Конечно. И этой дружбой я тоже обязана тому самому особенному мужчине.

— У вас все хорошо? — подхватила Марина. — Вы вместе? Уже неделю нет постов в твоем Инстаграм. Кроме вашей фотосессии, нет новых фото…

Я тяжело сглотнула, прежде чем ответить:

— Вы все скоро узнаете, — улыбнулась с трудом.

Когда Славы не оказалось рядом тем утром, я поняла одну вещь, правда, спустя несколько часов, когда пришлось поверить в реальность — его нет и не будет ни утром, ни днем, ни вечером.

Никто никому не принадлежит.

Да, хотелось, чтобы он был постоянно рядом, но если он не смог — не его вина. Тем более Слава заслуживает доверия и уважения. И… у него были причины. Отец все мне рассказал.

Все, что осталось от Багратова — записка с двумя словами: «Дай время».

И это все, что меня держало. В этих двух словах было обещание… Они стали моей молитвой. Я проговаривала их про себя по-всякому и каждый раз приходила к выводу, что это не может быть концом. Да, ему нужно время, чтобы многое уложить в голове, успокоиться, остыть, пересмотреть… Я сотни раз пыталась представить, как бы чувствовала себя на его месте, но не могла.