Книга Сбежать от зверя. Прощение, страница 62 – Анна Владимирова

— Наш не окажется на его месте, – глухо возразил Тахир.

Я видела, что он не готов был это услышать. Или наоборот… Нет, мне определенно надоело гадать.

— Ты молчишь, – требовательно напомнила я.

— Я и раньше думал, что Стерегов наверняка побывал в лапах ведовского института. – Тахир, наконец, вздохнул и откинулся на спинку дивана. – Ты подтвердила это.

— И что ты думаешь?

Расслабиться все не выходило. Я боялась, что Тахир снова услышал что-то свое, и наше спокойствие разлетится в пыль.

— Что это его не оправдывает. Но здесь и правда сложно все. Иди ко мне.

Я только сейчас заметила, что разговор о Михаиле разогнал нас по разным углам дивана. Пришлось вернуться к Тахиру. Я обняла его и уткнулась в висок:

— Стерегов продолжает нас оттаскивать друг от друга, – прошептала.

— Все нормально, – прижал он меня к себе. – Мне очень важно, чтобы ты поделилась этим. Я не буду тебя принуждать к показаниям. Ты все решишь сама.

— Сама я решаю плохо.

— Я надеюсь, ты учтешь неудачный опыт, – погладил он меня по волосам.

Нет, мы не были свободны. Тахир не отказался от идеи засадить Стерегова. С одной стороны, понятно, что Михаил может быть постоянной угрозой. Но он же сам позвонил Тахиру, сам попросил меня забрать… Нет. Он больше не станет нам угрожать. А я не встану у него на пути и не дам показания. Такой враг мне не нужен. Как бы еще до Тахира это донести?

— Слушай, а все то, что ты мне покупал для рисования…

— Оно так и стоит в нашей комнате в корпусе.

Уверена, обоих сейчас ударило откатом воспоминаний.

— Забрать можно? Не опасно?

— Можно. Не опасно. Пошли дом посмотрим? Или ты уже…

— Нет, – мотнула я головой, поднимаясь. – Пошли…

* * *

Человеком до места расправы над елкой оказалось не близко. Пока шел через лес, думал о Марине. Я оставил ее дома выбирать варианты дизайна ее мастерской и сам немного расслабился. Удивительно, как это происходит в таких парах, как наша. Она сдалась, подчинилась сегодня, хотя война, что она устроила мне вчера, не предвещала скорого перемирия. Но что-то ее все же вернуло ко мне…

Может, это ее особенная неприспособленность к семейной жизни и отсутствие понимание ее ценности для меня? Даже не знаю, как в нее вбивать эти простые для меня вещи. Ей все время хотелось оставаться незаметной. Я же двигал ее на свет, старался давать понять, что весь я – для нее.

Она выбрала небольшую светлую комнату для мастерской, и мне стоило трудов добиться от нее, действительно помещение ей нравится или Марина снова выбирает для себя уголок поменьше. Комната оказалась рядом с ванной, я делал ее просто под какое-то техническое помещение – прачечной и морозильной камеры. Но Марина тоже чувствовала мое недоверие и старательно объяснила мне все преимущества такого выбора. Что-то там со светом, удобством… Черт, но конура же!

Ладно. Не все сразу.

Хотелось остаться и смотреть на нее дальше. Мне важно было подобрать к ней коды и пароли, чтобы получить доступ ко всему. Но вместо этого пришлось переться черт-те куда…

— Зря ты его прикармливаешь, – недовольно проворчал я, выходя на небольшую прогалину.

Камиль только задумчиво улыбнулся, салютуя мне трубкой:

— Он угостил табаком. Я не смог отказаться от трубки мира.

Довлатыч сидел на поваленном стволе со своей трубкой и беззастенчиво дымил с Камилем на брудершафт.