Книга Мрачное наследие, страница 116 – Оксана Пелевина

— Ваше Величество, простите себя за ту давнюю слабость, – сказала Мадлен. —

И, поверьте, Абраксас не придёт за Генрихом.

Екатерина, повернув голову, с удивлением и безмолвной мольбой вглядывалась в лицо фрейлины.

— Вы не заключали сделку с Абраксасом.

— Как же так?

— Я долго не могла понять, что было не так в том видении прошлого, что за странные ощущения посещали меня. А теперь всё встало на свои места – я поняла. Прося, чтобы Абраксас подарил вам первенца, Вы уже были беременны.

Глаза Екатерины расширились, рот удивлённо приоткрылся.

— Франциск, ваш первый ребёнок, был сыном моего деда, Мишеля Нострадамуса. А поскольку Вы уже были беременны, Абраксас не смог заключить с Вами сделку. Вы ничего ему не должны. Не связаны с ним договором. Он не придёт.

Хмурое, бледное лицо Екатерины едва заметно порозовело и стало, кажется, мягче, добрее. Груз, многие годы лежавший на её сердце, пал. Она освободилась, чувствуя, что ожидание смерти стало легче.

Екатерина Медичи, чёрная королева Франции, умерла ночью. Она ушла быстро, без лишних мучений. Отойдя вечером ко сну, она больше не открыла глаза.

Уже на следующий день Блуа погрузился в траур. Припустив королевские знамёна, стража водрузила на замок чёрные полотна. Франция готовилась навсегда проститься с Екатериной Медичи.

Мадлен, как и остальным обитателям замка, пришлось надеть на себя маску скорби. Яркие одеяния отправились в шкафы, уступив место тёмному трауру. Мёртвая тишина, окутавшая собой замок, давила на фрейлину. «В Блуа начали стекаться аристократы со всей Франции, чтобы проститься с Екатериной. Но дворец словно превратился в склеп».

Задумчиво глядя в стену, девушка вдруг вспомнила о месье Этьене. «Интересно, он знает о смерти Медичи? Придёт ли проводить её в последний путь? Но он ведь сознательно отрезал себя от всего мира. Наверняка даже не подозревает о том, что случилось», – поправив платье, фрейлина твёрдо решила добраться до поместья Сен-Беар и сообщить Этьену прискорбную весть.

Во внутреннем дворе загадочного поместья, как всегда, не было ни души. Постучав в дверь, фрейлина не получила ответа. «Не слышит или делает вид?» – задалась вопросом Мадлен. Девушка постучала вновь, но ответом ей снова стала тишина.

«Хорошо, приду завтра», – решила фрейлина. Развернувшись, Мадлен спустилась с крыльца, когда за спиной тихо скрипнула дверь. Девушка обернулась. Этьена видно не было, но входная дверь призывно приоткрылась. «Сочту это за приглашение», – решила Мадлен. Подавив лёгкую тревогу, родившуюся в груди, девушка вошла в поместье.

В главном зале хозяина дома тоже не оказалось. По привычке скользнув взглядом по корешкам книг, Мадлен решила подождать Этьена здесь. Но присесть в кресло девушка не успела. Над головой послышался отчётливый топот быстрых ног. «На шаги Этьена не похоже…» – подумала она. Так же внезапно, как и входная, вдруг скрипнув, приоткрылась дверь, заглядывать за которую месье Сен-Беар не позволял.

Мадлен вздрогнула. Она не видела, но точно знала, что в тёмном коридоре за дверью кто-то есть. Там послышался надрывный, полный тяжкого страдания женский стон. Этот звук пробирал до костей. Вновь топот быстрых ног. Кто бы ни стоял за дверью, он убежал дальше по коридору. Ведомая чистым любопытством, Мадлен подошла к двери. Было жутко. Коснувшись пальцами деревянной ручки, фрейлина дёрнула дверь на себя. Взгляд девушки уставился в тёмный пустой коридор. Сердце трепетало. «Я ещё пожалею об этом…» – сделав глубокий вдох, фрейлина шагнула за дверь. Держась за стену, чтобы не оступиться, девушка прошла до конца коридора.