Книга Трансильвания, страница 62 – Оксана Пелевина

— Вздумал поучать меня, сопляк? Смотри, как бы это не вышло тебе боком. Сегодня утром в университете Дебрецена был найден мертвым его ректор. По словам очевидцев, его последними посетителями были мисс Каталина Эстерхази и ее спутник – юноша с британским акцентом. Хотите что-то возразить? Не получится.

Вслушиваясь в слова Бергера, Ирвинг до последнего будто не понимал их значения.

«Ректор? Убит? В кабинете Ренаты Лист? Это что, чья-то злая глупая шутка? Такого ведь не может быть на самом деле. Ведь не может, правда?»

Наблюдая за тем, как ежесекундно меняется выражение лица Ирвинга, Бергер довольно усмехнуся.

— Что, господин Торнби, думаете, что же солгать?

— Я не понимаю, – покачал головой Ирвинг. – Убийство… Вы хотите сказать, что я здесь из-за этого?

— Именно. Вы последний посетитель господина ректора. Человек, что интересовался кабинетом профессора Лист. Не много ли совпадений?

— Я никого не убивал, если вы об этом.

— Ни один убийца на моей памяти не признавался в своем преступлении так быстро. Поэтому я не склонен верить вашим заявлениям. А теперь говорите, зачем вы прибыли в Дебрецен? Почему интересовались профессором Ренатой Лист?

Ирвинг молчал. И вскоре это вывело Бергера из себя.

— Начинай говорить! Иначе немедленно отправишься за решетку.

— Вы не сможете этого сделать.

— Что же мне помешает?

— Отсутствие посла.

— Какого еще посла?

— Я подданный Великобритании. А значит, на моем допросе должен присутствовать представитель британского посольства. Без него говорить я не буду.

Жандарм заскрипел зубами и бросил куда-то в сторону.

— Вызовите ему посла!

Спустя несколько минут к Бергеру подошел молодой офицер и с виноватым видом сообщил, что дозвонился до Вены. Но британский посол мистер Фэрфакс Картрайт не сможет сегодня выехать из столицы. Нужно ждать.

— В таком случае, вы не можете удерживать меня здесь. Это незаконно, – пояснил Ирвинг.

Едва не спалив молодого жандарма взглядом, Рихард Бергер обернулся к подозреваемому:

— Ты останешься здесь.

— Тогда я сообщу послу о нарушении моих прав. Это обернется большим скандалом. Хотите создать проблемы в отношениях между нашими странами?

Бергер до скрипа стиснул зубы и, вскочив на ноги, прошелся вдоль стола.

Жандарм понимал – юноша прав. Чертов британец мог создать ему немало проблем. Удерживать Ирвинга в участке было нельзя.

— Пусть я не могу удерживать вас в участке, зато в моих силах запретить вам покидать город.

Склонившись над столом, Бергер быстро подписал какую-то бумажку и сунул ее в руки Ирвингу.

— Подписка о невыезде. Нарушите ее, и у меня появится повод арестовать вас даже без присутствия посла.

— Так вы меня отпускаете?

— Вы свободны, мистер Торнби. Но только пока. Я буду следить за вами. И в скором будущем мы вновь вернемся к неприятному для вас разговору. Идите.

Вскочив со стула, Ирвинг быстрым шагом направился к выходу из участка. Сердце по-прежнему стучало предательски громко, выдавая его страх. Мысли путались, но снова и снова возвращались к одному решению:

«Нужно найти способ как можно скорее покинуть Дебрецен».

Время, проведенное в пустом доме, текло дольше обычного. За минувший день Каталина переделала, казалось, сотню дел, а ночь все не наступала. Талия, отправившись рисовать, больше не выходила из комнаты, а тревожить ее сестра не собиралась.