Книга Взлетная полоса сердца, страница 51 – Айлин Грин

Но я был не один.

По крайней мере, сегодня.

По крайней мере, сейчас.

Когда папа позвонил мне с просьбой помочь Леону, у меня и в мыслях не было, что моя помощь закончится…

Не закончится просто встречей.

Что мы сблизимся настолько, что отправимся на ночную прогулку. Леон припарковал машину возле Мариенплац и жестом пригласил меня выйти. Дождь, наконец, прекратился, а площадь была пустой — ни единой живой души. Воздух пах свежестью и был тяжелым от влажности.

Город спал.

Фонари отбрасывали длинные тени на мокрую брусчатку, а витрины закрытых кафе отражали огни, будто хранили следы уходящего вечера. Над нами чёрным силуэтом на фоне мрачного неба возвышалась ратуша, а её шпиль скрылся в тумане, пытаясь коснуться небесной глади.

Мои руки дрожали от волнения, даже несмотря на то, что одну из них крепко держал Леон.

Нужно было что-то сказать… Потому что молчание давило хуже, чем бессмысленные разговоры.

— Красиво, правда? — Леон первым нарушил молчание.

— Даже слишком, — отозвалась я. — Как будто весь город замер, чтобы мы смогли остаться наедине.

— Возможно, так оно и есть, — прошептал он, сжимая мою ладонь сильнее.

— Ты часто гуляешь по ночному городу? — осторожно перевела я тему.

— Бывает иногда, — пожал он плечами. — Я люблю тишину и темноту. После рева турбин полезно отдохнуть от шума.

— А в кабине очень шумно?

Леон остановился как вкопанный и резко развернулся.

— Ты что… Не летала в кабине пилотов?

— Нет, — промолвила я. — Почему тебя это так удивляет?

— Наверное, потому, что ты дочь лучшего пилота во всей вселенной?

Я рассмеялась:

— Ты преувеличиваешь. Вселенная слишком огромна. Предполагаю, что в ней есть пилоты и лучше. Но ты прав — я не бывала в кабине пилотов.

— Но на самолётах же летала?

— Мы даже летали вместе, забыл?

— А, это тогда, когда оба были в памперсах и пытались закидать друг друга песочком? Мадейра, кажется, да? Родители любят вспоминать тот отдых.

— Она самая, — я с трудом сдерживала смех. — И мы не кидались песочком! Ты дрался со мной лопаткой.

— Теперь я понимаю, почему ты меня недолюбливала, — притворно вздохнул Леон.

Я замялась на несколько секунд, а потом хитро на него посмотрела:

— На самом деле, когда мне было одиннадцать, ты мне очень нравился. Это был тот самый возраст, когда тот, кто постоянно рядом, становится объектом воздыхания. Хоть ты и был невыносим, но внимание привлекал.

— Надеюсь, что тогда я уже не бил тебя лопаткой по голове? — рассмеялся он, притягивая меня к себе.

Всё происходило будто бы во сне. Ещё недавно мы были с ним далеки друг от друга, а пропасть между нами казалась необъятной. А сейчас каждое слово — шаг. Каждое движение сокращало между нами расстояние. Я не понимала, что происходит, но была уверена лишь в одном — мне хотелось продолжения.

— Ты никогда не слышал выражения, что хорошим девочкам нужны плохие мальчики?

— Не слышал, — ответил Леон, внезапно нахмурившись. — Ты считаешь меня плохим?

— Да нет же! — я шутливо толкнула его. — Но… Леон, ты всегда считал меня слишком правильной, слишком скучной… Ты даже на работе умудрился бросить мне вызов! Что случилось потом?

— Потом я посмотрел на тебя под другим углом. И сейчас этот угол кажется мне весьма привлекательным, — он окинул меня заинтересованным взглядом, от которого я слегка смутилась. — А если быть честным, ты — единственная, кто, несмотря на колкости и грубости, не переставала видеть во мне человека. Со своими странностями, желаниями. Но всё же человека.