Книга Десять писем, страница 201 – Лия Аструм

Со смачным чмоком он резко вынул член изо рта и, совершив несколько дёрганных движений рукой, под собственный глухой стон кончил мне на язык. Не поморщившись, я сглотнула тёплую вязкую жидкость и, как сытая кошка, плотоядно облизнулась. Тяжело дыша, он с интересом рассматривал моё раскрасневшееся от его грубых толчков лицо. А затем, лениво подцепив пальцем несколько белёсых капель с щеки, поднёс к моим губам, чтобы как помешанный наблюдать за моими медленными, скользящими движениями языка вверх-вниз.

— Извинения были, – он довольно усмехнулся, – глубоки. – Но я пока не готов тебя простить, – хрипло проговорил он и потянул меня за руку к себе. Подхватив меня руками под ягодицы, он подкинул меня вверх, и я по инерции обхватила ногами его талию.

Немедля, он двинулся наверх по лестнице в нашу спальню.

— Ты же говорил, что сейчас придёт юрист, – попыталась возразить я.

— Я соврал, – нагло ухмыляясь, заявил он и, ворвавшись на полном ходу в комнату, под мой собственный визг кинул меня на кровать. – Не хотел долго слушать твои вопли. –  Хищно улыбаясь в ответ на моё возмущённое лицо, он резко дёрнул полы рубашки. Пуговицы с треском разлетелись в стороны, и я не успела вставить ни одного слова, прежде чем тяжёлое мужское тело вдавило меня в матрас, а губы, заглушая все протесты, впились в мои.

Спустя час, я, разнеженная и уставшая, лежала на кровати под звук беспрерывно атакующих меня уведомлений, приходящих от Трис. Мы до сих пор не рассказали ей всю правду, и меня это, признаться, беспокоило. Но Нейт был не готов. Он хотел рассказать только про клинику, утаив при этом самое главное. Я же полагала, что нужно говорить либо всё, либо ничего. Алекс так вообще был против подобных откровений, считая, что её это никак не касается. Я была с ним не согласна.

Получив её очередное злобное сообщение, я искренне рассмеялась. Вот, неугомонная какая.

— Над чем смеёшься?

В дверном проёме стоял Алекс с повязанным на бёдрах полотенцем. Другим он вытирал влажные после душа волосы и вопросительно смотрел на меня из-под сведённых к переносице бровей.

— Над сообщениями Трис. – Я потрясла телефоном в воздухе, словно он с такого расстояния мог что-то увидеть. Отправив ей ответ, что завтра обязательно всё расскажу про несуществующее предложение, я положила заблокированную трубку на тумбу.

Алекс хмыкнул и, перекинув полотенце через плечо, сказал:

— Я подписал сегодня бумаги. Завтра Джеймс выйдет на свободу и уедет из страны. Навсегда.

Я удивлённо распахнула глаза. Впервые, я завела разговор о его освобождении спустя полгода наших отношений. Он тогда и слушать ничего не желал. Потом ещё пробовала пару раз, но все наши диалоги, без исключения, заканчивались ссорой. И вот сегодня этот день настал.

— Я сделал это ради тебя, и с этой секунды, чтобы я больше никогда не слышал этого имени. Это понятно?

— Да. Спасибо.

Удовлетворённо кивнув, он скинул влажное полотенце с плеч на маленький, стоящий в углу пуф и прошёл к комоду.

— Как Эмили? – спросила я, прикрывая покрывалом обнажённое тело.

— Скоро будет кататься на лыжах.

— Это хорошо. В эту субботу к нам придут в гости Нейт с Беатрис. Давай, позовём и её тоже? – предложила я.

— Да, – рассеянно проговорил он, роясь в выдвинутом ящике. – Я не против. Напиши ей.