Книга Иллюзия падения, страница 91 – Лия Аструм

— Хорошо, – подытоживает дискуссию Фелдман. – Мы готовы выслушать вас, мистер Мур.

Мой час пробил. Поправив пиджак, направлюсь к интерактивной доске. Презентация уже настроена, а материал выучен наизусть. Осталось только рассказать. Сущая мелочь.

Начав с целевой аудитории, постепенно перехожу к торговым предложениям и стратегическому плану. От профессионального оратора Эвана Мура во мне сейчас нет ничего, но радует, что и не мямлю как первокурсник-неудачник. На моменте пресс-релизов запас слов неожиданно кончается, а на лбу выступает пот. Ткань на спине намокает, неприятно стирает кожу, как и нить моего измученного монолога. Антидепрессанты с алкоголем – чистейшей токсин, и в это мгновение я в полной мере ловлю эффект своей опрометчивости.

С каждым невнятным набором букв взгляд Алекса тяжелеет, наливается свинцом, прибивая меня к месту. Обстановка раскаляется, вынуждая меня заткнуться и судорожно сгибать и разгибать пальцы. Впервые не знаю, как себя повести. Уйти или остаться?

— В договоре есть пункт, что вы имеете право, не согласовав с руководством, вносить изменения в пиар-кампанию по своему усмотрению, – ситуацию неожиданно спасает брат Зенона, который смотрит на меня бесстрастно, словно не замечает, что еще секунда – и я потеряю сознание.

— Это касается кризисных ситуаций, – облизав сухие губы, поясняю я. – Негативные отзывы или скандалы. Здесь нужно среагировать быстро и предоставить разъяснения. Организовать встречу с журналистами для обсуждения ситуации и предоставления контекста. Если критика обоснована, признать ошибки и рассказать о планах по их исправлению, – голос охватывает дрожь. Зарекаюсь не смотреть по сторонам, но взгляд сам падает на взволнованную Ариэль, а следом на Миллера, который, очевидно, готов прямо здесь и сейчас вспомнить на мне свои навыки метателя ножей.

— Еще неудачный маркетинговый ход, – сделав глубокий вдох, не так уверенно продолжаю я. Лихорадит. Сильно. Смахиваю со лба капли пота, из последних сил контролирую тремор тела. Надо валить. Ни чем хорошим для меня эта встреча не закончится. Погребенная под руинами карьера – мелочь на фоне вцепившейся в мой организм отравы.

— С вашим опытом вы способны допустить такую ошибку? – безэмоционально уточняет мистер Фелдман. Он настолько монолитно спокоен, что не будь здесь других людей, я решил бы, что мои припадки – мистическая фантасмагория9^[9].

— Вероятность мала, но она есть, – спотыкаюсь, замечая повышенное внимание Лео на моих кистях. Непонятно, почему вопросы задает лишь Фелдман, ведь пиар – зона ответственности Митчелла. Размышлять некогда. Поспешно запихиваю руки в карманы брюк и отрывисто продолжаю: – Если я увижу малейшее недовольство общественности, я тут же удалю спорный материал. Медицина – не та сфера, где можно зарабатывать на противоречиях.

Энтони бросает взгляд на Лео. Тот согласно кивает и, сделав себе какую-то пометку, перехватывает инициативу допроса:

— Сколько понадобится месяцев для полной раскрутки?

Подсчитывая временной разбег, задумчиво опускаю глаза в пол и мгновенно забываю все, что хотел сказать. На мне темно-бордовые брюки. И вроде не критично, но пиджак… Он синий! Смешанные детали гардероба абсурдно рябят, а зафиналивают этот клоунский образ – носки. Один черный, другой – светло-серый.