Книга Даун Крик. Близнецы, страница 56 – Эжен Марсэль

«Этот кошмар длился не меньше трёх часов! – Меня затошнило. – Надо срочно убираться отсюда!»

Лифт вызывать не стала, опасаясь привлекать к себе излишнее внимание. Даже сейчас, изнемогая от боли, я понимала, что никто из соседей мне не поможет.

«Надо ехать домой. Там безопасно. Там меня любят».

Как добралась до своей машины, а после – до Даун Крика, я практически не помнила. Всё было, как в тумане. Но дома вместо безопасной гавани меня ждал ещё один удар. Выслушав мой рассказ, постоянно прерываемый рыданиями, мама произнесла охрипшим голосом:

— Ты сама во всём виновата. Кто тебя просил дерзить ему? Забыла, какому унижению мы подверглись после случая с Питером? Теперь хочешь уничтожить репутацию отца? Ведь от неё ничего не останется, если за нас возьмутся Три́кстеры. Как считаешь, сколько у нас шансов потом отмыться от всей этой истории?

Я уставилась на неё, не веря услышанному. Отец хотел что-то сказать, но промолчал и смущённо отвёл взгляд.

— Но как же так, мама… Надо же заявить в полицию…

— Никакой полиции, – произнесла она жёстко, – отныне ты не будешь позорить доброе имя Твиннов.

В ответ я не проронила даже слезинки. Я больше не могла плакать. Всё, что мне оставалось, это повторять бесконечное число раз несколько слов: «Где же ты, А́дам? Ты мне нужен», – и ждать, что он на них откликнется.

В окружающей меня пустоте раздался звук аудиосообщения от А́вы. Я настолько отвык от её голоса, что даже не сразу узнал его. А когда понял, чей призыв нарушил мой покой, не захотел откликаться. Изо всех сил я сопротивлялся требовательному и одновременно жалобному зову второй половинки, но проиграл. Возвращение напоминало тяжёлое похмелье: хотелось пить, опустить жалюзи, чтобы лучи солнца не слепили с трудом раздираемые глаза, и спать, спать, спать.

Честно говоря, меня не слишком интересовало, что стряслось у сестры. Я бы проигнорировал её мольбы, если бы наша связь не оставалась такой сильной. Я был вынужден вернуться к А́ве. Слушая её сбивчивый рассказ о произошедших событиях, я старался держаться максимально холодно и отстранённо. Как вела себя она во время нашей последней встречи. Я страстно желал, чтобы она ощутила ту же боль, что и я. Даже когда до меня дошло, ЧТО эти ублюдки сделали с А́вой, я сначала хотел оставить всё как есть и считать неприятности сестры закономерным итогом её выбора. У любого решения есть последствия, и надо идти до конца, честно принимая ответственность за свои деяния, слова и даже мысли. Особенно мысли. Тем не менее, узнав реакцию родителей на насилие, которое совершили над их любимым чадом, и данный ими трусливый совет, я передумал.

В отличие от эпизода с А́ндерсоном почти двухлетней давности меня не захлёстывали эмоции: я не скрипел зубами от ярости, и кровь не закипала в венах. В этот раз я неторопливо обдумал дальнейшие действия с холодным сердцем и головой. Сомнений в том, что Дональд Три́кстер должен быть ликвидирован, у меня даже не возникло. У подобных ему ублюдков не было права на существование. Однако абсолютно точно стоило обмозговать, как всё провернуть, чтобы подозрения не пали на А́ву. План должен быть безупречным.

Первый пункт – выбор орудия убийства. Однозначно, не пистолет. Слишком громко, трудно быстро достать, да и к тому же я не умею стрелять. Бита, как в предыдущий раз, тоже не подойдёт. Опасно применять дважды один и тот же приём возмездия. Хоть в прошлом полицейские не рассматривали А́ву всерьёз, как преступницу, сейчас могли что-то заподозрить. Слухи и так только недавно улеглись, после отъезда А́ндерсонов из Даун Крика. Нож… И тут я вспомнил: