Книга Король Гарлема, страница 150 – Саша Южный

Мы с Бобом нашли этого типа недалеко отсюда, когда он пристраивал к вытяжке из пекарни огромный картонный ящик. Это было по-своему гениальное решение. Ящик, прижимаясь вплотную к стенам пекарни, полностью улавливал в себя идущий из вытяжки теплый воздух. Благодаря такому отоплению в нем вполне комфортно можно было провести ночь.

— Давай! – сказал мне Боб и растворился в темноте.

Я не спеша приблизился к бродяге.

— Послушайте мистер, я нуждаюсь в ночлеге.

— Вали отсюда! – ответил он, забираясь в ящик. – Много кто нуждается. Откуда я знаю, может, ты грабитель или гомик. Вас только пусти.

— У меня есть выпивка.

Бродяга шмыгнул носом за картонной стенкой ящика, но ничего не сказал.

— У меня целый литр отличного бурбона, – произнес я.

— Покажи, – бродяга высунул голову в щель.

Я достал из-за пазухи бутылку. Виски было не из дешевых.

Бродяга крякнул и облизнулся.

— Ну что же, это меняет дело. Входи.

Щель увеличилась, и я протиснулся в нее.

В ящике было тепло, пахло выпечкой, а пол, застеленный дощатым щитом, позволял расположиться почти с комфортом.

— Ну, за знакомство, – предложил я, наливая виски в пластиковые стаканы. – Меня зовут Алекс.

— Бред Бич, – представился он.

За неделю общество Бреда и его ящик мне осточертели, но деваться было некуда. Бродяга служил мне отличной маскировкой. К тому же он был завсегдатаем бара, а заходившие туда время от времени актеры часто выставляли бывшему коллеге выпивку. Так что мы выбрали Бреда не зря. Я очень естественно обозначился, появившись в баре в кампании Бреда. Правда, дело на этом и остановилось.

— Бред, – сказал я, – нельзя все время рассказывать о прекрасном.

— Почему?

— Потому что тогда оно превращается в дребедень. Иногда надо рассказывать о чем-то паршивом, так, для контраста.

Бред задержал стакан у рта и озадаченно посмотрел на меня.

— Мне как-то не приходило это в голову. Ну и о чем же тебе рассказать для контраста?

— Хотя бы об этих латиноамериканцах.

— Об этих? – Бред указал глазами в сторону кампании, сидевшей в противоположном конце бара.

— Ну, хотя бы.

— Что о них рассказывать, это настоящие подонки и убийцы.

— Неужели?

— Именно! – Бред с сожалением поставил на стол пустой стакан. – Я однажды видел, как они прикончили тут двух японцев. Те и глазом не успели моргнуть, как им перерезали горло.

— Что, прямо на глазах у публики?

— Да нет. В баре уже никого не было, дело шло к закрытию. Только я и дремал в углу.

— Почему они не прикончили тебя?

— Хотели. Только я спящим прикинулся. Они и решили, что я ничего не видел. Да с моей тушей и возни бы было немало, а японцы легкие. Они их тут же в полиэтилен завернули и на улицу выволокли через черный ход. А с меня знаешь сколько крови бы натекло.

— Скорее, бренди, – сказал я.

— Кстати, насчет бренди. Нельзя ли еще порцию? – Бред повертел в руках пустой стакан.

— Я бы тоже с удовольствием пропустил еще рюмку, – сказал я. – Но ничего не выйдет. Денег нет. Может, ты попросишь у бармена в долг. Он ведь тебя знает.

— Этот в долг никогда не дает.

— Ну, тогда, может, у тех, – я кивнул головой в сторону латиноамериканцев.

— С ума сошел. Это же головорезы!

— Головорезы иногда бывают щедрыми. Давай, Бред, очень выпить хочется. Если ты мне сегодня выставишь, я тебя всю неделю поить буду. Завтра у меня появятся деньги. Ты подумай, Бред. Целую неделю никаких забот. Целую неделю ты не будешь нуждаться ни в чьих подачках.