Онлайн книга «Костоправ. Книга 3»
|
— Никогда не видел их вживую… А рьянков тем временем становилось всё больше и больше — казалось, их перевалило уже за четыре десятка. — Многовато их, — настороженно произнёс Азлон. — Стоит быть начеку, — сказал я, убирая подзорную трубу и обнажая клинок. — Кто-то может прорваться к нам. Крики солдат становились всё громче, смешиваясь с устрашающим звериным рёвом. В рядах нарастала тревожная суматоха. Я оказался прав — пара тварей прорвалась совсем близко к нашей позиции. Первый рьянк, чья спина и бока были утыканы обломками копий, ринулся вперёд. Его нижняя челюсть безвольно болталась, разбрызгивая кровь — видимо, кто-то метко выстрелил из ружья. Одним могучим ударом лапы он сразил двух солдат и понёсся прямо на наш отряд. — Господин Эйдан!.. — В сторону! — прикрикнул я и, набрав воздуха в грудь, заорал что есть мочи: — Сюда! Иди ко мне! Сюда! Рьянк мгновенно переключил внимание на меня. Издав утробный хрип из глотки, зверь ринулся в атаку. Я хладнокровно выждал момент и, когда лохматая туша взвилась в прыжке, скользнул в сторону. Используя свою нечеловеческую силу, я вонзил клинок в бочину твари, распарывая толстую шкуру от шеи до задних лап. К счастью, пока я разбирался с этим рьянком, второго добили солдаты. Азлон встретил мой взгляд и, взяв себя в руки, тут же приказал: — Вперёд! Несите раненных! — Вперёд! — поддержали его лекари. — За работу! Я вытер клинок о сгиб локтя и вернул меч в ножны. Первым раненым оказался солдат, потерявший часть руки. Принесённый лекарями, он рухнул на колени, безмолвно глядя на собственную отсечённую кисть. Я коснулся его шеи, вливая целительную энергию Нэйтаара. На глазах рука восстановилась, и я поднял солдата на ноги: — Готов сражаться? — А? — глухо выдал он, ошарашенно моргая. Я похлопал его по щекам и потряс за плечи: — Готов вернуться в бой⁈ — Да… Да, господин! — Вперёд! Если получишь ранение, я исцелю тебя снова! — Да, господин Эйдан! Спасибо, господин Эйдан! После него раненные хлынули нескончаемым потоком: пронзённые стрелами, пробитые копьями, рассечённые мечами, обожжённые магическим пламенем. Попадались и «счастливчики» с размозжёнными конечностями, которых лишь вскользь задело снарядом из катапульты. Я исцелял каждого, возвращая в строй. Некоторые, как и ожидалось, оставались без сознания даже после лечения — их укладывали поодаль до пробуждения. Погружённый в работу, я почти не следил за ходом сражения. Порой рёв новых рьянков раздавался совсем рядом, но я знал, что бдительные солдаты охраняют меня со всех сторон. Я не успел заметить, как сгустились сумерки. На миг оторвавшись от очередного раненного, я вдруг осознал, что шум битвы стих. Солдаты разожгли возле меня факелы, и я, чувствуя, как пересохло в горле, хрипло спросил: — Что происходит? — Враги отступают, господин Эйдан, — отозвался один из лекарей, несущий раненного вместе со своим напарником. — Командир Викт отправил конницу в погоню. — Хорошо, — выдохнул я. — Скоро к нам подключатся другие отряды, господин Эйдан, — произнёс невдалеке Азлон. — Принесём всех раненных. Вы как, можете продолжать? — Пока каждый, кто находится при смерти, не будет исцелён, я не сомкну глаз! Несите всех! — Да, господин Эйдан! Утомлённый бесконечными часами исцеления, я погрузился в глубокий сон, позволив измученному телу восстановить силы. Проснувшись, выбрался наружу и оглядел поле недавней битвы. В свете дня равнина превратилась в месиво из грязи и крови, усеянное обломками мечей и копий, обронёнными ружьями и луками, изувеченными телами павших — увы, нельзя было спасти всех. Погибших вотрийцев укладывали в телеги, чтобы предать огню и с достоинством проводить в последний путь. |