Книга Круговорот и тени, страница 293 – Джин Родман Вулф

Дж. Г.: Отчего НФ так хорошо подходит для обсуждения идей?

Дж. В.: Ну, начнём с того, что подходит она только для обсуждения идей определённого рода. Вот, скажем, «По направлению к Свану» – роман психологический, причём один из лучших в своём роде, а НФ подходит для обсуждения психологических идей, подобных которым касается Пруст, довольно-таки неважно.

Однако, оставляя эти придирки в стороне, позвольте заметить, что вопрос ваш сродни старой теологической головоломке: отчего величайшие реки чаще всего предпочитают протекать через крупнейшие города Земли? Если исследование или роман посвящены в основном дискуссии о научных либо социологических идеях, то и другое автоматически становится в глазах многих издателей и многих читателей научной фантастикой (обозначено ли как таковая, или же нет). Вот, например, Уинстон Черчилль однажды написал вещицу под названием, если память меня не подводит, «Что, если б при Геттисберге победил Север?». Очевидно, это история из параллельной вселенной – в данном случае, из вселенной, где победил (ура!) Юг, а некий военный историк теоретизирует, размышляя о результатах того, что, на наш взгляд, произошло в действительности. Очевидно, это – фантастика предположений, и почти все мы отнесём сию вещицу к таковой, хотя отроду не считали Черчилля фантастом.

Но, разумеется, обыкновенная НФ, НФ журнала «Analog» и издательства «Ace Books», имеет свои преимущества, когда автору хочется порассуждать об идеях, для неё подходящих. НФ обеспечивает ему аудиторию, привычную к рассуждениям подобного рода – аудиторию с заведомо расширенным кругозором. Преимущество это неоценимо, поскольку писатель знает: ему не придётся объяснять всё «с нуля». К примеру, его читателям известно, что общество вовсе не обязательно должно строиться на коммерции – просто нам выпало всю жизнь прожить в том, которое основано именно на ней. Известно им и о том, что во Флориде теплее, чем в Мэне, по чистой случайности: смещение полюсов изменит климат с точностью до наоборот… и так далее и так далее.

Во-вторых, НФ предоставляет автору, знакомому с данным жанром (но только ему), готовый набор общеизвестных шаблонов: механические человеческие существа, способные к чувствам (спасибо Лестеру Дель Рею), путешествия во времени (спасибо Г. Дж. Уэллсу), корабли-звездолёты, невозбранно бороздящие просторы галактики (спасибо Э. Э. Смиту)… За пределами НФ ничего подобного не существует, и многие уважаемые учёные говорят, что ни то, ни другое, ни третье совершенно невозможно. (Конечно, составить программу, заставляющую компьютер действовать, будто он обладает чувствами, дело несложное, но это – софизмы в сторону – вовсе не то же самое, что действительно обладать ими. Меня лично интересует другое: воспримет ли компьютер, обладающий развитым сознанием, запрограммированные эмоции как реальные?)

В-третьих и в главных, шаблоны научной фантастики позволяют писателю создавать альтернативные миры, подчиняющиеся скорее логике, чем фантазии. До НФ Шекспир мог писать о царстве эльфов и фей, но царство это управлялось (и могло управляться) лишь чьей-либо прихотью: та же Титания творила, что пожелает, если сему не помешает превосходящий её могуществом супруг. (Разумеется, действие этой пьесы перенесено в Древнюю Грецию отнюдь не случайно: её логика точно копирует логику греческого язычества, где Т. – Гера, О. – Зевс и так далее. Сильно подозреваю, что греческие декорации – рудимент более ранней редакции, где действовали греческие боги: просто Шекспир в спешке не успел изменить всего целиком.)