Книга Надломленная ярость, страница 59 – Гэбриэл М. Нокс

— Неужели Джин Хо и правда так вёл себя в старшей школе?

— Сложно поверить?

— Даже не представляешь, насколько. Мне казалось, что я хорошо его знаю.

— Ему не нравилось, что я приехала из другого подразделения и заняла место коренного жителя Сарина.

— Пахнет отцовским влиянием.

— Честно, мне плевать, чем это пахнет. Каждый должен сделать самостоятельный выбор, кем ему стать. Джин Хо пошёл по пути меньшего сопротивления. Пеняют на родителей только слабаки. Я никогда не винила родных за то, что они переехали в Сарин. Всё просто — я была слаба, а Джин Хо жесток. Если бы я сразу дала отпор, если бы поделилась с отцом и матерью, если бы обратилась выше рядовых учителей… Много «если».

— Извини, мне сложно понять вашу с ним ситуацию, — сказал Ли, — в моей школе подобных вещей не происходило.

— А ты в этом уверен на все сто? Возможно, ты просто не замечал таких, как я, и таких, как он.

Ли поджал губы и согласно кивнул. Он хотел что-то добавить, но быстро передумал.

Остановившись около старой доброй продуктовой палатки, Ли попрощался с Нией, но в последний момент остановил, ухватив за рукав куртки. На вопросительный взгляд коллеги он сказал:

— Прошло много времени с тех пор, и судя по отношению Джин Хо к отцу и к школьным воспоминаниям — он жалеет о том, каким был. Уверен, он понимает, сколько зла сделал тебе, но изменить прошлое не может. Для вас обоих будет лучше забыть обо всём. Позволить смириться с тем, кем вы были в прошлом и кто вы есть сейчас. Обида — не лучший советчик на жизненном пути. Освобождение от неё позволит Нии Хайт двигаться дальше.

Ния мягко вытащила ткань из цепкой руки Ли, кивнула и захлопнула дверь. Она не отбросила слова детектива, а просто должна была немного побыть одна. С некоторыми проблемами психологического характера человек должен справляться сам. Пока он не придёт к правильному выводу и согласию внутри собственных мыслей, никто ему не поможет.

Правда, именно сейчас Ния думала не только о Джин Хо. Что же стряслось с Хваном?

Как и предрекал Ли, Пака отстранили на следующий же день. Опальный детектив прибыл в офис за вещами в затемнённых очках, скрывая следы вчерашней пьянки. Он и словом не обмолвился с коллегами, а лишь собрал со стола нужные архивы по текущим делам: начальник обязал его заняться их передачей из дома.

Ловя недоумевающие, а иной раз даже враждебные взгляды, Джин Хо покинул участок.

Однако Джин Хо стал не единственным, кто исчез из поля зрения Нии и Ли: патрульные, что отправились в дом генетика, сообщили, что тот пропал. Ни крови, ни следов борьбы в доме обнаружить не удалось. Ситуация казалась тупиковой.

Ли получил разрешение у начальника на досмотр квартиры пропавшего учёного и после обеда отправился туда с группой экспертов-криминалистов.

Ния же осталась в офисе, где снова и снова пересматривала записи, стараясь отыскать лазейку или хотя бы намёк на следующий шаг. Она сделала ещё несколько запросов в школьный архив Наппын Хаккё, но ответы оттуда приходили медленно: сам директор должен был одобрить запрос. Вот она, хвалёная демократия.

После обеда на смартфон Нии пришло сообщение с незнакомого номера. Оказалось, писала подруга Виктора, та, с которой она совсем недавно говорила в пекарне. Девушка сообщила, что её родители связались с матерью Виктора и передали той полицейские контакты. Если госпожа Чан решится, она позвонит Нии или напишет письмо. Эта новость вселила в следователя надежду, но и немного разозлила: разве нельзя было позволить ей самой связаться с нужным человеком? Теперь Ния полностью зависела от желания некой женщины, которую она никогда не видела.