Книга Падение Диссы, страница 40 – Олег Ткач

— В следующий раз я умру от разрыва сердца, госпожа Анабель, – выпалил Борус. Он был приставлен к ней в качестве телохранителя и мог запросто лишиться головы, если бы с девушкой что-то случилось. – Хорошо, успел корзину бросить да вас схватить!

— Сумка! – всплеснула руками девушка. – Где она?

Они вдвоем принялись искать ее в толпе зевак, идущих поглазеть на внезапно остановившуюся карету. Корзина, точнее, ее истоптанные остатки, нашлась на мостовой.

— Придется все заново покупать, – покачала головой эффи. – Только сперва посмотрим, что там с каретой.

Карету уже окружило плотное кольцо Щитов Короны, но они без лишних вопросов пропустили обоих по знаку десятника, которому Борус что-то шепнул на ухо. Перед каретой стоял пожилой мужчина и заламывал руки, отвечая на вопросы стражников. Рядом, на мостовой, сидел возница, держась за окровавленную голову.

— Как думаешь, почему экипаж остановился? – спросила Боруса эффи, подталкиваемая любопытством. – Несся – и вдруг встал? Да так резко, что возница лошадей перелетел.

— Свидетели говорят, что экипаж на ребенка мчался, маленькую девочку, – вздохнул Борус, уже успевший расспросить парочку зевак. – Кто-то говорил, что заметили мужчину, который выскочил наперерез. Шептали, будто он лошадей магией усмирил. Слава Всеединому, без жертв обошлось, а это главное. Полагаю, можем возвращаться на рынок?

— Я что-то плохо себя чувствую, хочу посидеть в тишине и отдохнуть.

— Рядом заведение приличное, «Восход Ирбиза», на верхнем этаже прекрасная терраса со столиками, – кивнул Борус на соседний дом, ничуть не удивленный слабости эффи. На ее месте любой бы поплохело. Нужно было дать девочке пару минут прийти в себя. – Передохнем там, госпожа.

— Ты можешь купить все заново? – спросила девушка, бросая взгляд поверх головы курсора на расходившуюся толпу. – Надо только четыре корня можжевельника, пару клубней лиссовины и экстракт самальского поречника.

Борус недолго помялся, разрываясь между необходимостью следить за эффи и чувством вины. Последнее перевесило. Да и второй курсор, державшийся обособленно даже от Боруса и которого так удачно приставил Долимар, должен был присмотреть за девушкой. Охранник проводил эффи до дверей дорогого трактира и побежал за покупками.

Анабель поднялась на террасу, с которой открывался прекрасный вид на Рассветную площадь и дворец Трейдоров. Она заказала бокал легкого вина, села у края крыши, в тени натянутого тента, и стала внимательно разглядывать место недавнего происшествия, следы которого уже успели полностью затеряться в городской толпе. Еще подходя к карете, эффи почувствовала чужое магическое вмешательство. Оно показалось Анабель очень знакомым, но в то же время не было похожим ни на одно известное колдовство. Девушка схитрила, избавившись от присмотра Боруса. Она незаметно активировала магическое зрение, позволяющее видеть как энергетические структуры, так и сам магический эфир, и тут же заметила следы чужого колдовства, которые уже стали развеиваться. Узор был очень похож на магию мэйров: когда она единожды видела их заклинания, наполненные огромной силой, в ушах словно раздавался тихий шепот, и было непонятно – ее ли это воображение, или же нечто чужое пыталось говорить с ней.

— Это голоса их демонов, – объясняла им наставница, пожилая магистра Тереза, половина тела которой была изуродована страшными ожогами, оставленными заклинаниями мэйров. Такие следы было почти невозможно залечить или стереть лечебной магией. – И чем мэйр сильнее, тем сильнее он слышит это навязчивое шипение. Говорят, что многие могущественные мэйры подчинялись приказам этого голоса, а противившиеся чужой воле быстро сходили с ума и уничтожали себя, а заодно и всех, кто окажется рядом.