Онлайн книга «Смеющаяся Река»
|
Никто не возразил: бесстрастные слова лешего вселили в остальных смирение, которое было свойственно лишь древним духам. Оно не могло совсем избавить от боли, но все же им стало чуть легче. Юхани обнял домовых, поцеловал Сату в щеку, вспомнив об их давней встрече среди зимы. Тогда все трое были юными бесприютными духами, а людской мир казался отчаянно большим, холодным и угрюмым. Века изменили их, а холод так и остался прежним — разве что они привыкли к нему, как и к череде разочарований в людях. — Еще увидимся, — шепнул леший, отпуская друзей. — Попрощайтесь от меня с Велхо и его семьей, поцелуйте Кайсу и не забудьте о том, что мы задумали. Надеюсь, еще до окончания года к ним придут радостные вести. Затем Линда подошла к мужу и они чуть отдалились. На миг Юхани показалось, что ядовитые облака развеялись сами, осталось только безмятежное ночное небо и лукавые зеленые глаза. Лешачиха медленно опустила ресницы и прижалась к его плечу. — Ты хорошо придумал, клыкастый, — прошептала она. — Но не думай, что легко от меня отделаешься! Я ведь и у самых ворот Нави тебя разыскала, а ваша Хийтола по сравнению с ней — так, большая деревня! — Ну конечно, — усмехнулся Юхани. — А где бы ты сама была, если бы я тебя в жены не взял? Так бы и осталась болотной старой девой с сорока лягушками! — Да если бы я тебя в мужья не взяла, ты сам бы по сей день бегал по деревням да лесам, пугал пастухов и трахал волчиц, — заявила Линда. — Наверное, мы оба правы, — отозвался муж и мягко коснулся ее щеки. — Спасибо, что все понимаешь, Фиалка! И береги лес… впрочем, об этом не стоит говорить. Линда кивнула и снова сказала шепотом: — Я тебя дождусь! Мне не привыкать, ты же знаешь. — Знаю, — сказал Юхани и бережно поцеловал ее в лоб. Затем их губы встретились — почти на одно мгновение, после которого он промолвил: — Успеем еще и нацеловаться, и наговориться, Фиалка. После этого Линда приблизилась к друзьям, и Сату по-сестрински обняла ее за плечи. Леший больше не смотрел на них — только в облака, между которыми проглядывала вечная ночь Хийтолы, усыпанная бесчисленными звездами. Волки, ее верные спутники, освещали путь своими золотыми глазами. А за ними поджидал владыка лесных ворот Туонелы, после которых была только вечность. Юхани сбросил рубашку, распорол когтем рубец на животе и кровь потекла наземь, питая почву междумирья. Ее запах разнесся в омертвелом сухом воздухе, тот заискрился от напряжения, как перед грозой, и наконец раздались первые раскаты. Небо озарилось бело-голубым сиянием, и облака стали рассеиваться. Духи следили за этим как завороженные и даже не сразу заметили, что товарища больше не было рядом, — впрочем, скорее всего он на это и рассчитывал. А когда воздух совсем расчистился, стал легким и прозрачным, как после летнего дождя, вдали показались снежные холмы и вековые скалы. По ним брел огромный серебристый волк, оставляя кровавые следы, но с каждым шагом его поступь становилась тверже и спокойнее. Илью и Шихана гроза застала уже за чертой Другого Леса. В первое мгновение они были совершенно сбиты с толку, затем Илья велел парню лечь на землю и сам сделал так же. Пытаясь унять дрожь, Шихан спросил: — Что происходит, Велхо? Неужели очередное наводнение? — Не знаю, — признался Илья. — В последнее время столько всего стряслось, что я уже ни за что не ручаюсь, Шихан. Кто знает, отчего исчез минерал? Я полагал, что это к лучшему, но мирозданию-то виднее… |