Книга Песочный замок для графини на мели, страница 13 – Люсия Веденская

— Проснитесь, — шепнул кто-то прямо в ухо.

Я рванулась вверх и очнулась.

Тело дрожало от холода. Простыни прилипли к коже. Волосы оказались мокрыми, как будто я только что вышла из воды. От них отчетливо тянуло солью.

В окно врывался холодный ветер. Оно было настежь распахнуто, хотя я помнила, что рассматривала я его, когда створки были плотно закрыты. Луна отражалась в волнах, и море под ней было таким же, как во сне — черным и живым.

Я села, вцепившись пальцами в одеяло, и заметила на полу мокрые следы. Узкие, тонкие следы ног, ведущие от кровати к окну.

Я сглотнула.

— Отлично, — прошептала я. — Теперь я не только тону во сне, но и лунатю.

Но внутри, где-то глубоко, пульсировало то же ощущение, что и во сне: будто кто-то все еще звал меня из воды.

Я спустила ноги на пол, чувствуя кожей, какой холодный, каменный, шершавый. Вода действительно была настоящей: мокрые следы оставались и от моих ступней.

Я поднялась, хромая, и обвела взглядом комнату. В полумраке все выглядело чужим: тени мебели вытягивались, шторы шевелились от ветра, где-то потрескивал камин. Я нащупала стену, проводя рукой в поисках выключателя — привычным движением, почти автоматическим.

Конечно, никакой кнопки не оказалось. Ни верхнего света, ни фонарика, ни даже признака электричества.

Пальцы наткнулись лишь на металлический держатель у двери. Канделябр. Несколько свечей, из которых догорела только одна.

Я дрожащими руками зажгла ее фитиль от огня в камине. Пламя колыхнулось, отбрасывая неровный золотой свет на стены, до которых огонь камина раньше не дотягивался.

И в этот миг я ясно увидела: следы на полу были не просто мокрые. Они сияли, пусть едва заметно, но все же золотым свечением, будто кто-то рассыпал блестки.

Глава 7. Там, где одна беда, жди и другую

Проснулась я с ощущением, что меня всю ночь кто-то методично перекладывал с одного камня на другой, проверяя, насколько я вообще живая. Тело ныло так, будто вчерашние скалы решили не ограничиваться одним знакомством и теперь требовали продолжения общения.

Я не сразу открыла глаза, потому что в голове еще плавали обрывки сна — темная вода, чужие голоса, ощущение, будто меня куда-то тянули. Но стоило вдохнуть чуть глубже, как реальность быстро напомнила о себе: запах лаванды, плотная тишина и непривычная мягкость постели.

— Ну конечно, — пробормотала я, открывая глаза. — Все на месте. Замок, кровать, чужая жизнь. Доброе утро, Аня.

Потолок надо мной был все тот же — высокий, с темными балками, как будто над моей головой решили собрать музей старинной архитектуры. Никаких намеков на вчерашний шторм, ни следа мокрых следов, ни ветра, который ночью трепал шторы. Все выглядело так, будто я просто легла спать после тяжелого дня и… проснулась в том же кошмаре.

Я медленно приподнялась на локтях и тут же поморщилась — тело отозвалось тянущей болью, но уже терпимой. Перевязка на ноге держалась, значит, вчерашний «врач» мне не привиделся.

А вот дальше началось самое неприятное.

Я опустила взгляд на себя и на секунду зависла, потому что мозг отказался сразу обрабатывать увиденное. На мне не было ни платья, ни даже намека на привычную одежду — только тонкая ночная рубашка, настолько легкая и прозрачная, что, кажется, ее создавали исключительно для того, чтобы женщина чувствовала себя максимально уязвимой в любой жизненной ситуации.