Книга Наказание для Коры Асвальд, страница 16 – Юлия Миронич

Рассвет окрасил палату в оранжевый цвет. Кожа боевика все еще покрывалась испариной. Я обтирала ее найденным в шкафу полотенцем. Желудок сжимался, но голода не было. Я потерла глаза, в которых ощущалась болезненная резь, и прислонилась лбом к постели.

— Вам лучше вернуться в академию и попросить о новом назначении, пока не слишком поздно.

Шепот, раздавшийся над ухом, был полон едва сдерживаемого гнева. Я поморщилась и подняла голову. Для Роуда это стало неожиданностью, потому что он не успел отодвинуться. Я зашипела и схватилась за затылок.

— Ваше нахождение в моем госпитале — это сущее наказание, Асвальд. И где я так согрешил? — потирая подбородок, шепотом вопросил Роуд. — Фаули уже отчиталась. Вот скажите мне, Асвальд, как вы умудрились принести торха? О, не пытайтесь оправдаться. Я видел, как вы выходили с кладбища вчера, и теперь серьезно обдумываю выгнать вас на законных основаниях. И ваша мать не сможет повлиять на мое решение.

Не сказал, а припечатал. Я опустила голову и сжала колени. И все же смолчать не смогла:

— Она бы только обрадовалась вашему решению. — Я резко поднялась. — Могу идти собирать вещи?

Мартин Роуд прищурился, затем с его пальцев сорвалась зеленая искра и растворилась в груди боевика.

— Вы вовремя оказали правильную помощь. За это я не оставлю замечание в личном деле. Ректор должен учесть все обстоятельства и быть благосклонным.

— Вы всегда так сильно растягиваете слово «да»?

Роуд скривился. Боевик пошевелил рукой, открыл глаза и хрипло произнес:

— Стойте. Не только целительница была вчера на кладбище. Моего напарника недавно похоронили здесь.

— Вы очнулись! — Не обращая внимания на недовольного профессора, я склонилась над боевиком и проверила его показатели. — Как вы себя чувствуете?

— Жить буду. — Мужчина слабо улыбнулся. — Спасибо.

— Все это очень мило, — не выдержал Роуд, — но не снимает вины с Асвальд.

— У меня нет претензий к целительнице, и я прошу не наказывать ее.

Роуд перевел взгляд с пациента на меня и обратно, затем поджал губы. Его молчание длилось минуту.

— Ступайте к себе, Асвальд. Через два часа я жду всех во дворе.

Когда я вошла, Марселина еще сладко спала, подсунув одну ладонь под щеку. Я тихо собрала вещи и отправилась в душевую. Прохладная вода взбодрила, но ненадолго. Стоило присесть на кровать, как я мгновенно заснула.

Разбудила меня Марси, и я с удивлением поняла, что колокол не справился с этой задачей.

— Выглядишь ужасно, Кора. Неужели тебя так измотало дежурство?

— И да, и нет. Пора на завтрак? Пойдем, я расскажу все по пути.

Как и сказал Роуд, адепты собрались во дворе госпиталя рядом со столовой в назначенное время. Профессор выглядел как всегда безупречно и не скрывал недовольства. Золотые кисточки на концах его пояса покачивались в такт шагам.

— Сейчас я озвучу распределения. Считайте, что это аванс моего доверия к вам, как к настоящим целителям. Назовем это проверкой на самостоятельность. Итак…

Я несколько раз поймала на себе пристальный взгляд Роуда. Дыхание замерло. Моя фамилия вторая в списке, и уже были названы почти все адепты, а она все не звучала, поддерживая внутреннюю тревогу и напряжение.

— Что касается Асвальд… Отправитесь сегодня в архив.

Аренс повернулся ко мне с недоуменным выражением. Я едва сдержалась, чтобы не скривиться в ответ. Он ведь должен радоваться! Из-за него моя практика с самого начала не задалась.